Кот свирепый: Муравьиный тигр — самый свирепый хищник Африки, прозванный «котом-терминатором»

Автор: | 19.08.1989

Подвиг кота Егора

Никогда Егор не представлял, что мир такой огромный. Оказывается, кроме городского дома и коридора с лестницей, кроме дедовой избы и двора с летней кухней и курятником есть еще огород, сад и таинственная улица. Выходить на улицу кот пока еще не отваживался. Там тарахтят мотоциклы, ходят коровы, бегают свирепые собаки. А в огороде всегда тихо, только жужжат пчелы. В огороде можно погоняться за бабочками. Мотоциклы и чужие собаки сюда не залезают. Может быть, в огороде живут мыши, про которых Егор знал лишь одно, что он обязательно должен поймать хотя бы одну из них. Это его долг. А если он не поймает ни одной мыши — значит, жизнь прожита зря.

И Егор каждый день отправлялся в огород. Он бесшумно крался между грядок. Принюхивался к острому запаху укропа, нюхал желтенькие цветы огурцов и все гадал, а как же пахнут мыши? Может, как цветущие огурцы, а может быть, как одуванчики?

Однажды в конце огорода, где после дождя долго не просыхала лужа, Егор услышал, как в траве что-то зашелестело.

Кот бесшумно распластался на земле и замер. Сначала все было тихо, только над лужицей пищал комар. Потом трава зашевелилась. «Мышь!» — решил отважный охотник и приготовился к прыжку.

Шлеп, шлеп, — послышалось из травы. Егор подполз поближе и увидел, что на него смотрят два выпученных глаза. Если бы не эти глаза, кот, наверное, не заметил бы странное существо, потому что оно было зеленое, как трава, как листья.

Егор даже растерялся. Он никогда не думал, что мыши такие зеленые. А лупоглазое существо неуклюже повернулось и запрыгало к луже: шлеп, шлеп, шлеп…

Кот одним прыжком догнал прыгуна и задержал его лапой. Он знал, что должен вцепиться в мышь когтями, но эту мышь ему хватать почему-то не хотелось, она была холодная и скользкая. Егор поднял лапу, и пучеглаз бултыхнулся в воду. По луже пошли круги. Егор подошел поближе и заглянул в лужу, ожидая, когда зеленая мышь всплывет и выпрыгнет на берег. Но прыгун не вылезал, и кот, не дождавшись, побежал домой.

— Где был? — спросил его петух.

— Охотился, — ответил Егор как можно равнодушнее. — Поймал мышь, а она прыгнула в воду. — И Егор даже зевнул, чтобы показать, какое обычное для него дело — ловля мышей.

— Мышь! — удивился петух. — Странно…

— Что же тут странного? Прыгнула и поплыла.

— Люкс, ты слышишь? — крикнул Петя. — Егор говорит, что мышь прыгнула в воду и поплыла…

Люкс лежал на спине и отбивался лапами от разыгравшегося щенка. С Чернышом теперь они жили душа в душу и возились по целым дням.

— А какая она была? — спросил Люкс, вскочив на лапы.

— Обыкновенная мышь, — ответил Егор. — Пучеглазая, зеленая. Какая же еще…

— Че-пу-ха! — решительно заявил петух. — Зеленые мыши не бывают.

— А вот ты поймай сам, а потом говори, — обиделся Егор.

— Зеленая, говоришь, — раздумывал Люкс. — А она прыгала?

— Еще как прыгала!

— Так это, Егор, была лягушка.

Егор расстроился. Охотился, охотился и, оказывается, не за мышкой, а лягушкой. Он отвернулся от друзей и, чтобы скрыть смущение, стал умываться.

— Ты не огорчайся, — сказал Люкс. — Нет такого кота, который бы не поймал свою мышь. И ты поймаешь.

Люксу что! Если он даже никогда не поймает мышь, ему никто ничего не скажет. Он собака, а не кот. А Егору надо поймать мышь, надо обязательно. И кот стал выслеживать мышь по ночам.

Подолгу сидел он возле подполья, куда дед и бабка ссыпали на зиму картофель и где, по слухам, скрывался сбежавший рак. Однажды вечером, когда бабушка лазила в подполье за банкой с молоком, Егор тоже пробрался туда. Пока бабушка, зажигая спички, искала банку, кот обследовал подземелье. Ни мышки, ни рака он там не обнаружил. Бабушка вылезла из подполья и закрыла крышку; она забыла, что вместе с ней спускался кот. В доме сели ужинать, потом легли спать. А уж ночью и деда, и бабку, и Андрея с Галей, и их отца разбудило жалобное мяуканье Егора.

Андрею как раз снился сон, что он рыбачит. Вот качнулся и запрыгал поплавок! Вот закадычный друг Колька крикнул: «Андрей, тяни!» Андрей рванул удочку и вместо рыбы вытянул из воды мяукающего кота. Андрюшка аж сел на постели от такого приключения. Со сна не сразу сообразили, где мяучит Егор. Наконец бабушка догадалась, что кот сидит в подполье, и дед открыл крышку.

После этого случая Егор предпочитал сидеть рядом с подпольем, а не залезать туда. Когда надоедало караулить подполье, Егор бродил по крыше. Заглядывал он даже в печную трубу, но и там мышь не показывалась.

«Может, и правда, их кто-нибудь придумал, этих мышей», — размышлял Егор, но каждую ночь он все-таки ходил вокруг дома.

И вот однажды, когда большущая луна висела над вершинами березовой рощи, подступавшей к самому бабушкиному огороду, Егор услышал подозрительный шорох. Кто-то крался по картофельной грядке к курятнику. Он не шлепал, как лягушка: шлеп-шлеп, а скользил бесшумно. Вот качнулась трава в борозде рядом с котом, и зверек затаился. Незнакомый запах, тревожащий и неприятный, донесся до Егора.

«Ну, уж это мышь!» — решил кот. Раздумывать и выжидать было некогда, и Егор бросился на пришельца.

Сквозь траву, которая придавила зверька, Егор почувствовал пушистую гибкую спину. Зверек стремительно крутнулся, злобно застрекотал и, вывернувшись из-под Егора, метнулся в картофельную ботву.

Кот пустился его преследовать. Но где там! Зверек исчез, и только неприятный запах заставлял Егора приседать, а шерсть сама собой поднялась на его спине.

У калитки в огород сердито и грозно, как никогда, залаял Люкс. Ему вторила Пустобрешка. Забеспокоились, закудахтали куры. А кот тайком, чтобы его никто не заметил, бежал от позора в сад. Теперь-то он был уверен, что нападал на самую настоящую мышь.

И вот она ушла. И если об этом кто-нибудь узнает, стыдно будет показаться во дворе, хоть беги пешком в город.

Весь следующий день Егор проспал на чердаке, а ночью опять вышел на промысел. Он крался по борозде, затаивался на крыше курятника, но мышь не появлялась.

Коту казалось, что все уже знают про его неудачу. Он подозрительно поглядывал на бабку, когда она утром дала ему кусочек колбасы. Ведь бабка знала, что Егор не любит колбасу. Значит, она уже не считает Егора настоящим котом и кормит чем попало. От огорчения Егор не заметил сам, как съел весь кусок колбасы. А бабушка, вытирая руки о фартук, закричала в окошко деду:

— Дед, ты посмотри-ка! Кот-то наш колбасу съел! Дедушка работал в саду и оттуда ответил:

— А что я тебе говорил!

А говорил дед, когда бабушка сокрушалась, что кот ничего не ест: «Ты подожди. Он это в городе избаловался, а у нас все есть будет. У нас от одного воздуха аппетит появится».

Полакав воды, Егор опять забрался на чердак и проспал до вечера.

— Что-то вашего кота не видно? — спросила днем коза Марта у петуха.

— Занят, — отрезал Петя.

Петух Петя был озабочен. Через несколько дней начнут выклевываться цыплята, а что ему при этом полагается делать, Петя не знал. Расспрашивать у кого-нибудь было неудобно, еще скажут: что же ты за петух, если не знаешь… Поэтому Петя и не стал разговаривать с козой.

Ночью Егор снова вышел в огород. До восхода луны лаяла Пустобрешка, потом все стихло. Егор запрыгнул на крышу курятника и затаился. И вот опять шевельнулись стебли картофеля, чуть слышный шорох донесся из борозды. Егор замер, изготовившись к прыжку. Черный вытянутый хвост его вздрагивал, лапы напружинились.

Шорох все ближе. Егор уже почувствовал знакомый тревожный запах своего врага. Этот запах дразнил, сердил и пугал. Кот весь напрягся, и когда у самого курятника метнулась чужая тень, он прыгнул и вцепился в загривок врагу.

Закудахтали, переполошились куры, злобно залаял Люкс и кинулся к калитке. Он царапал лапами доски, стараясь выскочить в огород, а калитка не открывалась.

Зверек метался под Егором, выворачивался, бил его лапами. У морды Егора мелькали белые острые зубы. «Не так-то легко поймать мышь!» — думал кот.

Тут Люкс, вскочив на поленницу, перепрыгнул в огород. Он увидел, как клубком вертятся кот и зверек, и с рычанием бросился на помощь Егору.

В доме вспыхнул свет. На улицу выбежали дед и молодой хозяин. Когда они вышли в огород, со зверьком было покончено. Люкс сидел, облизываясь, а Егор все еще тряс врага. «Ну, — подумал он, — сейчас скажут: наконец-то Егор поймал мышь!»

Молодой хозяин зажег спичку и ахнул:

— Смотри-ка ты, — воскликнул он. — Хорек!

— Да, хорь-хорище, — сказал дед. — Совсем молодой, а уже пробирался в наш курятник!

— Ай да Люкс! Ай да Егор! Молодцы! — похвалил молодой хозяин.

Довольный Люкс вилял хвостом и тыкался мордой в колени хозяину. Молодой хозяин поглаживал Люкса. Один Егор не радовался. «Опять не то, — думал он. — Когда же я поймаю настоящую мышь!»


Как кота в алтаре ловили, – рассказ священника – Православный журнал «Фома»

Приблизительное время чтения: 5 мин.

100%

+

Код для вставки

Код скопирован

Шла обычная всенощная под Воскресенье. Пропели «Хвалите», Святейший прочел Евангелие. Мы подошли к помазанию и ушли в алтарь. У самой стены в южной части алтаря за фанерной перегородкой было укромное место, где можно было незаметно посидеть, пока не было близко начальства, и два батюшки пошли туда, надеясь побыть в молчании и созерцании. Спокойно зашли и вдруг быстро выскочили обратно. Что случилось?

Какой-то бездомный кот, умудрившийся вырасти до взрослого состояния и остаться диким, забрел днем в священническое убежище отдохнуть, посидел там, а потом побоялся выйти, когда началась служба. Он–то и зашипел угрожающим рысьим шипом на соборных протоиереев. Они испугались, потом стали рассматривать, кто же там так страшно шипит. Кот был большого размера, коричнево-рыжий и, видать, свирепый.

Отец архимандрит Трифон сказал:

– Зовите отца Сергия, он вырос в деревне, пусть попробует его выгнать отсюда.

А я никогда в детстве не отличался любовью к ловле котов и никогда не имел желания подражать лермонтовскому Мцыри в его поединке. Но слово архимандрита надо выполнять.

Нашел какую-то тряпку потолще, подошел как можно ближе – и, надо заметить, в стихаре, не догадался даже его снять, – совершил бросок и хотел схватить зверя за спину. Кот разгадал мой маневр и в тот же самый миг резко прыгнул вперед мне под ноги. В моих руках оказался только хвост, и кот начал яростно освобождаться. Рядом стояли отец архимандрит Трифон, отец архидиакон Стефан и отец иподиакон, а может, тогда уже иеродиакон Агафодор, нынешний наместник Донского монастыря.

Я предупредил:

– Помогайте! Кот вырывается! Он сейчас уйдет!

Никто не среагировал и ближе не подошел. Боялись.

Наконец кот вырвался, быстро и энергично начал пересекать пространство правой стороны алтаря, собираясь выскочить в южную боковую дверь. Выбранный маршрут кота проходил прямо под ногами о. Трифона, и тот вдруг сделал какой–то совершенно неестественный книксен, думая, что кот, накрытый архимандричьей рясой, потеряет направление, устрашится монашеской темноты, и мы его снова поймаем.

Не тут–то было. Кот нисколько не был смущен ни темнотой, ни рясой Его Высокопреподобия и, выскользнув, с прежней скоростью бежал по намеченному пути.

В это время началась ектения по третьей песни канона. И все бы обошлось, если бы не громадное зеркало, которое было встроено в дверцу шкафа для облачений. Оно было так чисто, так аккуратно протерто чьей.то заботливой тряпочкой, что кот, увидев отражение приоткрытой двери в зеркале, бросился в эту щель, чтобы выбежать из алтаря.

Раздался глухой стук – это кот врезался головой в зеркало. Его буквально отбросило метра на полтора назад. Кот понял, что отсюда, через, так сказать, боковую дверь, ему не уйти, и побежал к Царским вратам главного алтаря. В это время завершалась ектения и о. Николай Воробьев, ключарь Патриаршего собора, заканчивал говорить возглас по третьей песне канона. По уставу полагается повернуться в конце возгласа и поклониться Святейшему Патриарху, который в это время помазывал народ. Во время помазания Патриарх не глядел в сторону Царских врат. Но на возглас священника он как раз должен был поднять глаза и благословить его, как полагается по уставу.

Все совпало до секунды! Поклон священника, поднятый взор Патриарха и кот, пулей выскакивающий из Царских врат как раз в это мгновение.

Отцы впали в отчаяние и стали нещадно обвинять меня:

– Ну, конечно, это все из-за тебя, это ты виноват, звероловец несчастный. Сейчас Патриарх будет в таком гневе, что достанется всем! Что делать?

– Надо упредить Святейшего, и как только он войдет в алтарь, сразу же просить у него прощения, он и смягчится,– сказал о. Агафодор.

– Кто ловил, тот пусть и кается,– отрезал о. Архидиакон.

Отец Николай был печален и задумчив, он чувствовал, что гнева не избежать, а ему всегда больше всех попадало.

Я сказал:

– Отцы, не унывайте. Я с детства научен каяться, мне не составит труда взять весь гнев на себя, – выдержу. Как только Святейший войдет в алтарь, я к нему и подойду, вы не беспокойтесь.

Но, о достойное удивления смирение отца-ключаря! Он опередил меня. Я только подошел к Святейшему, а о. Николай уже сам начал говорить:

– Ваше Святейшество, простите! Это мы виноваты с этим диким котом. Никак не могли поймать, в от он и выбежал прямо на возглас.

Святейший, пребывая в умиротворенном состоянии духа, ничуть не разгневался. Он просто сказал:

– Это ничего. Кот – не собака, ему можно. Вот у моего предшественника, Патриарха Алексия, был случай. В какой–то большой праздник отворяются Царские врата, а откуда–то сбоку вдруг выходит красивый откормленный кот, хвост трубой, и медленно и торжественно шествует впереди Патриарха на литию. Кота отловили, привели к Святейшему, посадили на стул, и Святейший совершенно серьезно обратился к коту: “Кот, а кот! Что же ты Устава не знаешь?! Разве можно выходить на литию впереди Патриарха? Ты должен выходить позади всех, после протоиереев и иереев. Чтобы этого больше не повторялось”. Все вокруг смеялись, но так и не поняли, усвоил кот урок литургики или нет.

Тем и закончилось это маленькое событие. Но не меньше дикого кота мне запомнилось самоотверженное смирение соборного отца-ключаря, доброго отца Николая.

Протоиерей Сергий Правдолюбов

Текст – отрывок из книги: «Батюшки и коты (и не только). Истории о тех, кто помнит Рай». 

Книга представляет собой сборник рассказов, эссе, стихотворений, раскрывающих тему любви людей и зверей, тоски по Раю и Царству Небесному. Сборник составили новые произведения и отрывки из книг известных православных авторов, а также эссе-размышления о посмертной участи животных. Среди авторов — о. Ярослав Шипов, о. Александр Дьяченко, Олеся Николаева, Ольга Рожнева, Марина Журинская, о. Сергий Круглов, о. Константин Камышанов, архимандрит Савва (Мажуко), иеромонах Феодорит (Сеньчуков), Андрей Десницкий и др. В сборнике опубликованы неизданные рассказы С. Н. Дурылина, предоставленные издательству домом-музеем писателя. М. : Никея, 2019. — 256 с.

Фотография на заставке: Александр Авилов, Агентство городских новостей «Москва»

«Буратино»

Автор: Алексей Толстой

Жанр: детский музыкальный спектакль

 

Режиссер — Светлана Свирко
Сценография — Дарья Мухина, Кирилл Мартынов
Композитор — Алексей Кузнецов
Хореограф — Валерий Звездочкин
Музыкальный руководитель — заслуженный артист России, заслуженный работник культуры России Иван Благодер
Костюмы — Дарья Мухина

В спектакле заняты:

Буратино

Игорь Ключников

Сверчок

заслуженный артист России
Сергей Заморев

 

Кот Базилио

Сергей Соболев

Лиса Алиса

Любовь Ельцова

Папа Карло

заслуженный артист России
Александр Рязанцев
Игорь Павлов

Карабас-Барабас

 

Александр Цыбульский

Дуремар

заслуженный артист России
Сергей Заморев

 

Черепаха Тортилла

Людмила Егорова
Нонна Самарина

Мышиная королева Шушара

Ася Ширшина

Варвара Щербакова

Долматинец-офицер

Полина Воронова
Елена Ксенда

Пьеро

Игорь Милетский

Арлекин

Александр Майоров

Мальвина

Екатерина Кулеш
Мария Овсянникова

Артемон

Константин Мухин

Сергей Колос

В далекой сказочной стране жили-были деревянный мальчик Буратино, девочка с голубыми волосами Мальвина, пес Артемон, грустный Пьеро, задира Арлекин, мастер кукольных дел Папа Карло, свирепый директор кукольного театра Карабас-Барабас, мудрая черепаха Тортилла, продавец пиявок Дуремар, хитрая Лиса Алиса, старый мошенник кот Базилио и мудрый Сверчок.

Не успел Буратино появиться на свет, как стали с ним происходить необыкновенные приключения. Любопытный Буратино сунул свой длинный нос в котел, нарисованный на холсте в каморке папы Карло, и проткнул его насквозь. Несмотря на советы мудрого Сверчка, по пути в школу, выменял свою новенькую азбуку на билет в театр. А там чуть не попал в костер, на котором готовилось жаркое для свирепого Карабаса Барабаса. После, поддавшись уговорам прохвостов Алисы и Базилио, Буратино пустился в поход в Страну Дураков, закопал пять золотых, поверив в чудесную историю о дереве, на котором вырастают деньги, ведь ему было необходимо купить Папе Карло куртку и новую азбуку. А однажды Старая черепаха Тортила, живущая в тихом пруду, подарила Буратино золотой ключик…

Мораль сказки проста и красива. Забияка, сорванец и выдумщик Буратино, вечно попадающий в отвратительные истории, находит свой путь и свой театр. В начале истории он приходит на представление в театр Карабаса-Барабаса и верит в историю, которую разыгрывают Пьеро и Арлекин. Верит так, что врывается на сцену, чтобы защитить поэта-слабака от палки насмешливого Арлекина. В конце истории, открыв золотым ключиком волшебную дверь, он становится не только актером своего театра, но и главным его персонажем. Мечта каждого актера, играющего для детей, чтобы его юный зритель поверил в то, что такой путь возможен. Ведь каждый из тех, кто выйдет на сцену в спектакле «Буратино» тоже когда-то сидел в зрительном зале и в самый захватывающий момент представления ронял свой номерок.

 

 

Спектакль ведет Татьяна Романовская.

Продолжительность спектакля 1 час 25 минут.

Спектакль идет с антрактом.

Премьера состоялась 25 декабря 2003 года.

 

Фото Юрия Белинского

Почему вымерли древние свирепые кошачьи существа?

ДЖОН ДАНКОСКИЙ: Это пятница науки. Я Джон Данкоски. Вы можете представить мир без кошек? Я знаю, что не могу. У меня дома их четверо, и они всегда находят дорогу к моим звонкам в Zoom. Но я говорю здесь не только о домашних кошках, не о рысях. Ни горных львов, ни ягуаров.

Вернемся немного назад во времени. До того, как в Северной Америке появились кошки, существовали кошачьи нимравиды, также известные как ложные саблезубые кошки. А около 35 миллионов лет назад они бродили по всей Северной Америке. Затем, после 12 миллионов лет господства на континенте, они просто исчезли. И примерно 6,5 миллиона лет в Северной Америке не было существ, похожих на кошачьих. Это называется кошачий зазор.

Но почему это произошло? Сейчас ко мне присоединяется Челси Уайт, помощник редактора новостей в New Scientist. Она присоединяется к нам из Портленда, штат Орегон, чтобы обсудить ее репортаж на эту интересную тему. Челси, добро пожаловать в Science Friday.

ЧЕЛСИ УАЙТ: Привет, Джон. Спасибо, что пригласили меня.

ДЖОН ДАНКОСКИ: Так что же заставило вас заглянуть в кошачью щель?

ЧЕЛСИ УАЙТ: Ну, вообще-то все началось с шутки. Я шутил с другом, что кошки кажутся вечными. А потом подумал, что их нет. Мне любопытно, когда они эволюционировали и где они были в Северной Америке. И это привело меня на страницу в Википедии, посвященную чему-то, что называется кошачьим разрывом. И я никогда не слышал об этом. Были все эти интересные гипотезы о том, почему кошачий разрыв может существовать. Но я хотел изучить это подробнее и посмотреть, какой консенсус существует в научных областях. То, что на самом деле думают палеонтологи, могло произойти.

ДЖОН ДАНКОСКИ: Насколько я понимаю, пока вы писали об этой истории, у вас самого было что-то вроде кошачьего разрыва.

ЧЕЛСИ УАЙТ: Да. Я сделал. Моя 18-летняя кошка Сиенна вышла из дома и пропала на пять или шесть месяцев.

ДЖОН ДАНКОСКИ: О нет.

ЧЕЛСИ УАЙТ: Да, это было действительно тяжелое время. Но в тот период я ​​делал репортаж и писал историю о кошачьем разрыве. А потом, после того как я подал заявление, она вернулась. было приятно, что мой собственный кошачий разрыв закончился.

ДЖОН ДАНКОСКИ: Абсолютно. Итак, ваш репортаж посвящен этой кошке как животному. Он называется Нимравид. И, как я уже говорил, они также известны как фальшивые саблезубые кошки. На самом деле это не кошки, может быть, вы сможете точно объяснить, что это было.

ЧЕЛСИ БЕЛЫЙ: Верно. Так что это не настоящие коты. Это не кошачьи, а то, что мы знаем как кошачьих. Так что они выглядят как кошки, но они не совсем часть семьи. А это значит, что у кошек, как и у настоящих кошек, есть выдвижные когти, у них есть хвост для баланса, и у них есть специализированные зубы для поедания мяса. Но у них также есть эти структуры во внутреннем ухе и некоторые нервные пути и кровеносные сосуды, которые отличаются от кошачьих. И они также ходили на плоской ступне, как медведь, а не на носочках, как вы можете видеть, как это делает ваша домашняя кошка.

ДЖОН ДАНКОСКИЙ: Опиши их немного подробнее. Я имею в виду, были ли действительно большие и очень маленькие?

ЧЕЛСИ УАЙТ: Все они были устрашающими существами. Но они сильно различались по размеру, потому что они сильно различались по месту жительства. Их окаменелости были найдены по всей Северной Америке с востока на запад, а также вверх и вниз по континенту, даже в канадских Скалистых горах. Не зря их называли ложными саблезубыми кошками. У них были очень большие клыки, которые использовались для колющих ударов в добычу.

Один из них называется eusmilus, что переводится как «настоящая сабля». И это было около трех футов ростом, что-то вроде длиннотелого леопарда. Их имена действительно вызывают воспоминания. Был один, которого звали погонодон, что означает бородатый зуб. А самый маленький, наносмилус, был размером с рысь. Мое самое любимое имя — диниктис, что означает «ужасный кот».

ДЖОН ДАНКОСКИЙ: Похоже, это какие-то довольно страшные существа. Если они были такими страшными, то почему же они вымерли?

ЧЕЛСИ УАЙТ: Итак, существовала гипотеза о том, что потенциально существовала какая-то древняя вулканическая активность, которая могла их убить. Но оказалось, что у них была своего рода эта двухсторонняя проблема. Во-первых, это был период массового похолодания и высыхания. И это означало, что их родные леса превратились в пастбища. И это изменило бы то, как они охотились. Это изменило бы то, как добыча, на которую они охотились, жила и выживала. А когда виды-жертвы вымирают, за ними следуют хищники.

Другое дело, что нимравиды эволюционировали и стали сверхплотоядными, а это значит, что большую часть их рациона составляло мясо. Я описал вам их длинные саблезубые клыки, но у них также были эти зубы в задней части рта, где их коренные зубы можно было бы назвать хищными. И это были треугольные зубы, которые складывались вместе, как кусочки головоломки. И когда они стачиваются вместе, они точат. Один из исследователей, с которым я разговаривал, назвал их ужасными ножницами. И это означает, что нимравиды действительно специализировались только на поедании мяса и не могли приспособиться к потере своей добычи.

ДЖОН ДАНКОСКИ: Они не могут выжить, и тогда это ускоряет то, что мы называем кошачьим разрывом. Как долго Северная Америка была полностью свободна от кошек после исчезновения этих нимравидов?

ЧЕЛСИ УАЙТ: Ну, кошачья шапка просуществовала около 6,5 миллионов лет. И когда он был впервые обнаружен, возможно, он считался немного длиннее. И по мере того, как мы находим все больше ископаемых, мы обнаруживаем, что все больше и больше в этой кошачьей щели все сжималось и сжималось. И еще одна вещь, которая произошла, это то, что у нас уже есть много этих окаменелостей в музеях. И некоторые из них были классифицированы как представители семейства кошачьих, а затем мы возвращаемся к ним, повторно анализируем их и обнаруживаем, что на самом деле это были нимравиды.

ДЖОН ДАНКОСКИЙ: Итак, спустя 6 с половиной миллионов лет мы вдруг начинаем видеть, как кошки заселяют Северную Америку. Как это закончилось? Откуда они?

ЧЕЛСИ БЕЛЫЙ: Верно. Так что тот период охлаждения и сушки, о котором я говорил, продолжался. А вместе с этим росли ледники, падал уровень моря и возник Берингов сухопутный мост, когда-то соединявший Сибирь с Аляской. А затем появился кот по имени псевдоэлурус, кот размером с рысь из Азии. И это стало предком кошачьих в Северной Америке. Теперь, когда появился псевдоэлурус, появился еще один нимравид. Была группа, называемая barbourofelis, они произошли от pseudaelurus. Так что это не было похоже на то, что они прекратили кошачий разрыв. Но затем, 5 миллионов лет назад, барбурофели снова вымерли, и теперь у нас есть только кошачьи, настоящие кошки.

ДЖОН ДАНКОСКИ: И у нас они есть по всей Северной Америке, что для нас, любителей кошек, именно так, как нам нравится. Итак, теперь, когда вы заглянули в эту захватывающую часть истории, чему она научила вас в отношении сохранения среды обитания животных?

ЧЕЛСИ УАЙТ: Знаете, было интересно, когда я разговаривал с некоторыми исследователями о том, в чем проблема стать гиперхищником, мы начали сравнивать это с некоторыми животными, которых мы видим сегодня. Итак, одна из причин, по которой медведям так хорошо живется среди людей, заключается в том, что они могут есть что угодно. Они могут есть ягоды и рыбу. Они также могут есть мусор.

И это одна из причин того, что у нас есть конфликты с медведями и людьми. Но именно поэтому тигры в наши дни не могут так хорошо жить в местах, где мы посягаем на их среду обитания. Так что это одна из тех вещей, когда вы думаете, что нам действительно нужно быть осторожными и спасать такие виды, иначе мы увидим их вымирание, как это случилось с нимравидами.

ДЖОН ДАНКОСКИ: Челси Уайт — помощник редактора новостей в New Scientist. Она живет в Портленде, штат Орегон. Она рассказала нам историю о кошачьем разрыве. Челси, большое спасибо за ваше исследование и спасибо за то, что рассказали об этой истории в Science Friday.

ЧЕЛСИ УАЙТ: Спасибо, что пригласили меня.

Copyright © Инициатива «Научная пятница», 2022 г. Все права защищены. Стенограммы Science Friday изготавливаются 3Play Media в сжатые сроки. Точность исходного аудио- или видеофайла, вышедшего в эфир/опубликованного, может отличаться, а текст может быть обновлен или изменен в будущем. Для ознакомления с официальными записями программы Science Friday, пожалуйста, посетите оригинальную транслируемую/опубликованную запись. Условия использования и дополнительную информацию можно найти на страницах наших политик  http://www.sciencefriday.com/about/policies/

Нейлоновая сумка на спину Ferocious Cat – Klaus Haapaniemi

/ Магазин / Нейлоновая сумка на спину Ferocious Cat

  • Магазин
  • Магазин в Хельсинки
  • О нас
  • Аксессуары
  • Одеяла
  • Подушки
  • Ткань и обои
  • На столе
  • Отпечатки
  • Шали
  • Броски

Клаус Хаапаниеми

У некоторых людей всегда был другой взгляд на мир. Эти люди смотрят глубже и видят дальше. Они чувствуют тени и чувствуют текстуры.

Люди, живущие в Финляндии, всегда были тесно связаны с природой. Их скалы, реки, леса и их животные дали им мощные инстинкты и сильную интуицию. В этих суровых ландшафтах живут люди, которые научились видеть.

Правда в том, что умение видеть скрыто в каждом из нас. Секрет способности видеть заключается в том, чтобы вернуть силу нашей природе и позволить подсознанию править. Этот путь приведет нас к чистейшему опыту.

Это ваш ключ. Откройте ворота, сделайте шаг вперед и начните видеть. Добро пожаловать в мир Klaus Haapaniemi & Co.

Читать далее Поиск

Легкая задняя сумка из нейлона. Застежки-молнии, передний карман, регулируемые лямки.
Размер: 40 х 30 х 10 см

Название по умолчанию — Распродано Кол-во:

Геном кошки может объяснить, как мы получили таких свирепых питомцев

Перейти к основному содержанию

The VergeЛоготип Verge.

Домашняя страница The Verge

The VergeЛоготип Verge.
  • Отчет/
  • Наука

/

Одомашнивание, по-видимому, вызвало изменения в генах, связанных с обучением

Элизабет Лопатто / @mslopatto

Обычная домашняя кошка, известная своими привычками спать и охотничьим мастерством, умнее своих диких сверстников, утверждают ученые, составившие карту генома кошки. Анализ генома домашней кошки предполагает изменения в генах, связанных с памятью, обусловливанием страха и обучением. Эти генетические изменения могут свидетельствовать о том, что владельцы кошек разводили ручных животных в течение 9 лет.,000 лет сосуществования.

Ученые секвенировали геном самки абиссинской кошки по кличке Корица и сравнили его с генетическими сборками шести других пород домашних кошек, двух видов диких кошек — европейской дикой кошки F. silvestris silvestris и африканской дикой кошки F. silvestris lybica — и четырех других млекопитающих, включая людей и коров, согласно отчету Proceedings of the National Academy of Sciences .

Абиссинская кошка (Эндрю/Flickr)

Породы кошек появились относительно поздно по сравнению с породами собак, говорит Уэс Уоррен, доцент генетики Института генома в медицинской школе Вашингтонского университета Сент-Луиса. Большинству пород кошек всего от 150 до 250 лет, и они различаются в основном по рисунку шерсти. Напротив, породы собак сильно различаются в зависимости от функции: одни были выведены для пасти животных, другие — для охоты, а третьи — для того, чтобы сидеть на коленях у человека-компаньона. И около 14 пород собак считаются «древними» или старше 500 лет.

В отличие от собак, общим предком которых был волк, домашние кошки не являются отдельным видом от своих диких сородичей. Это означает, что установление различий между домашними кошками и дикими кошками может быть затруднено, поскольку две популяции обычно скрещиваются, говорит Уоррен, который также был автором исследования. Процесс их одомашнивания также отличался, поскольку собаки — социальные животные, а кошки — в основном одиночки.

«Мы думали, что, возможно, мы не увидим четких сигналов приручения», — говорит Уоррен. «Мы были удивлены, увидев сигнатуры, которые мы сделали, и еще больше воодушевились, обнаружив, что они связаны с нейронными процессами».

В отличие от кошек, жизнь с людьми, по-видимому, сделала собак глупее Генетические данные, свидетельствующие о том, что наши домашние кошки лучше реагируют на вознаграждение, могут объяснить, как кошки были приручены. Кошки, вероятно, начали рыскать вокруг ранних амбаров, чтобы питаться мышами, привлеченными к человеческому урожаю. Уоррен говорит, что древние кошки, которые были готовы оставаться послушными с людьми за вознаграждение в виде еды, вероятно, были ручными кошачьими.

Это кардинально отличается от собак, которые уже были расселены в европейских деревнях 10 000–13 000 лет назад — в их современном виде. И, в отличие от кошек, жизнь с людьми, по-видимому, сделала собак глупее, чем их двоюродных братьев-волков. Это, вероятно, потому, что процесс одомашнивания был совсем другим, так как собаки — социальные животные. Кошки, однако, «предпочитают одиночный образ жизни, если можно сказать, что у кошек есть образ жизни», — говорит Уоррен. Это может означать, что собаки «прицепили» людей к уже существующему социальному познанию; с кошками, тем не менее, одомашнивание могло привести к генетическим изменениям в их мозгу, и животные, скорее всего, будут реагировать на награды, которые, скорее всего, были приручены.

«Плотоядные — такая очаровательная группа видов.» Другие изменения, обнаруженные у домашних кошек, не были явно связаны с их поклонниками-людьми. Гены, участвующие в метаболизме жиров, изменились, чтобы поддерживать сверхплотоядную диету, то есть диету, которая более чем на 70 процентов состоит из мяса. «Если бы мы, люди, придерживались той же диеты, у нас были бы такие осложнения, как ишемическая болезнь сердца», — говорит Уоррен. По его словам, дальнейшее изучение того, как облигатные плотоядные животные, которые едят только мясо, обрабатывают свой рацион, может привести к прорыву в области здоровья человека.

Его группа также обнаружила, что генетические изменения могут быть связаны с охотой, такие как улучшение слуха и зрения, а также большие фрагменты генов, которые дают кошкам способность ощущать феромоны. Кошки обладают самым широким известным диапазоном слуха и чрезвычайно острым зрением, особенно в темноте.

«Плотоядные — это удивительная группа видов, — говорит Уоррен.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *