Искусство маскировки: Маскировка. Искусство быть невидимым

Автор: | 02.07.1979

Содержание

Маскировка. Искусство быть невидимым

Чудесные истории о шапке-невидимке можно встретить в сказках и легендах почти всех народов мира. Надев на себя такую шапку, герои сказок, незримые, проникают везде и всюду, легко одолевая всевозможных чудовищ.
Древняя мечта о шапке-невидимке жива до настоящего времени. О невидимости теперь думают для того, чтобы лучше воевать с врагом. Можно ли сделаться невидимым и как? Как укрыться от вражеских взоров?

Искусство становиться невидимым широко применяется в военном деле и называется маскировкой. Война является одновременно и гигантским маскарадом. На поле боя все изменяет свой облик, цвет и размеры. Пехота одевается лесом, танки прячутся под крышей дома, наблюдательный пункт гримируется могилой, дзот притворяется снежным сугробом, человек — снопом необмолоченной ржи, камнем или пнем. Подвижное делается неподвижным, черное — белым, большое — малым.

Боевой опыт показал, что скрытого противника, замаскированного на местности, по едва заметным признакам может обнаружить только лишь внимательный глаз опытного наблюдателя.

Боевые действия сухопутных войск ведутся, как правило, на участках местности, где расположены населенные пункты, находятся дороги, леса, реки, болота. Одни местные предметы могут служить укрытиями, облегчать ведение боя, другие, наоборот, затрудняют его. При умелых действиях неровности земной поверхности и различные местные предметы становятся надежными помощниками воина в бою. Правильное их использование для размещения огневой позиции, места наблюдения, маскировки позволяет подразделениям и отдельным бойцам наносить удары по противнику, самим укрываясь при этом от его огня. Недаром ведь в годы Великой Отечественной войны бывалые солдаты говорили: «Маскировка — это хитрость и сноровка».

Маскировка является неотъемлемой частью боевой деятельности всех родов войск в любом виде боя, поэтому военная хитрость заключается в том, чтобы умело скрыть истинное положение дел у себя и ввести врага в заблуждение, выдав ложное за действительное, заставив его принять неправильное, заведомо выгодное нам решение. Большую роль в этом играет быстрота и ловкость действий воинов.

Когда хотят, чтобы противник не заметил перемещения подразделения из одного района в другой, на старом месте создается видимость его пребывания, жгут костры, сохраняются наезженными дороги, имитируется бурная деятельность людей. В ходе боя маскируется практически все, что хоть в малейшей степени может помочь врагу определить истинное положение: люди, вооружение и военная техника, сооружения, следы действий войск и т. д. Противника вводят в заблуждение, чтобы лежащего солдата он принял за кочку, а пушку — за куст. И несмотря на то, что приемы маскировки давно известны, ими пользуются все.

Приманка для германского снайпера. Калининский фронт 1942 год.
Существуют два основных вида маскировки: естественная и искусственная. Естественная маскировка предусматривает приспособление к местности: использование маскирующих свойств лесов, рощ, оврагов, посевов, населенных пунктов, условий освещения — темного времени, теней от местных предметов, дождя, тумана, сильного снегопада, ограничивающих видимость и снижающих возможность неприятельского наблюдения. Искусственная маскировка достигается техническими средствами и заключается в сооружении искусственных масок, макетов, окрашивании предметов под цвет окружающей местности, использовании маскировочной одежды, постановке дымовых завес, создании противолокационных масок-помех и масок-экранов. Особыми видами искусственной маскировки являются радио-, свето- и звукомаскировка.

Прежде чем провести маскировку, необходимо определить и устранить различные демаскирующие свои войска признаки. В самом деле, скроет ли овраг даже небольшое подразделение, если будут видны клубы дыма от костров, разведенных солдатами? Конечно, нет. Наоборот, это будет только привлекать внимание врага. Также никакие маскировочные костюмы не помогут укрыть лыжный отряд, если он оставит следы движения по снегу.

Боевой опыт дает нам многочисленные примеры того, как благодаря умелой маскировке солдаты разных армий оставались невидимыми и неуязвимыми.

Уже в Первую мировую войну вместе с танками, огнеметами и авиацией на полях сражений появилось могучее боевое средство — невидимость.

Море краски — зеленой, желтой, серой, коричневой — уходило на то, чтобы слить цвет пушек, пулеметов и обмундирования бойцов с цветом травы, песка и земли. Специальные фабрики выпускали удивительную продукцию: деревья, пни, могильные кресты и болотные кочки. Они очень походили на настоящие, однако сделаны были из стали. Притаившись за броней этих масок, невидимки-наблюдатели видели все, что делается у врага.

В 1916 году в ходе Первой мировой войны боевые действия на французском фронте носили в основном позиционный характер. Противники, зарывшись в землю друг напротив друга, месяцами стояли на одном месте и знали наперечет буквально каждый колышек и каждую выбоину. Пространство между окопами, так называемая нейтральная полоса, было изучено с микроскопической тщательностью. Каждая выброшенная из окопа пустая консервная банка немедленно подвергалась жестокому обстрелу. Казалось, нечего было и думать о том, чтобы соорудить почти на глазах у врага новый наблюдательный пункт, но вот что придумали французы.

В одном месте на нейтральной полосе почва выгнулась бугром. Обе линии окопов пересекали здесь парижскую дорогу. На вершине бугра, дававшего великолепный обзор германских позиций, стоял каменный столб, а на нем табличка с указанием расстояния до Парижа.

Французы сфотографировали этот столб и послали снимок на завод. Там отлили из стали точную копию столба, полую внутри, с отверстием для наблюдателя. Сделали и табличку, и надпись.

Ночью французские разведчики выползли на нейтральную зону, вырыли настоящий столб, а на его место поставили стальную копию. Из окопа к этому оригинальному наблюдательному посту прокопали подземный ход. Больше месяца сидел в стальном “камне” французский наблюдатель и без помехи следил за всем, что творится во вражеских окопах. Немцы так и не догадались об этой хитрости.

Танк Т-72 в камуфляже


Приемов маскировки существует очень много. В ее основе лежат три главных принципа: активность, правдоподобность, разнообразие.

АКТИВНОСТЬ МАСКИРОВКИ

АКТИВНОСТЬЮ маскировки стремятся создать у противника неправильное, желаемое представление о наших силах и средствах, их размещении, намерениях и вынудить врага принимать неправильные решения. Она достигается тщательным сокрытием действительного и показом ложного.

Активную маскировку широко использовали красноармейцы в годы Великой Отечественной войны. Строились многочисленные ложные объекты, имитировалась переброска войск из одних районов в другие, показывались ложные сосредоточения частей и подразделений и т. п. На одном из фронтов наши войска, используя замерзшие озера, организовали ложные аэродромы, полностью имитирующие жизнь настоящих. На них стояли изготовленные из фанеры макеты самолетов, из тростника — склады горючего. Вражеское командование, зная о готовящемся наступлении и обнаружив вблизи передовых позиций сеть таких аэродромов, приняло их за истинные и обрушило на них всю мощь своего авиационного удара и силу артиллерийского огня. После авиационных и артиллерийских налетов противника наши солдаты поджигали заранее приготовленные ведра с мазутом и солому. Фашистские летчики улетали, считая свою задачу выполненной. Это позволяло советской авиации без помех сосредоточиваться на действительных и тщательно замаскированных аэродромах и оттуда наносить сокрушительные удары по врагу.

Широко применяли активную маскировку командиры подразделений и в наступлении, и в обороне. В сентябре 1943 года части Красной Армии подошли к Днепру. Один из стрелковых батальонов начал форсировать на плотах реку в районе деревни Коробово. Фашисты осветили реку. Обнаружив плоты, обстреляли их. Тогда командир батальона оставил один взвод стрелков и несколько саперов на старом месте и приказал им демонстрировать повторные попытки форсировать реку, а сам перебросил основные силы ниже деревни и там организовал новую переправу. Оставшиеся на старом месте солдаты складывали на плоты коряги и отталкивали их от берега. Гитлеровцы вели по этим плотам сосредоточенный огонь, растрачивая зря силы и боеприпасы. А тем временем батальон благополучно переправился через Днепр в другом месте, где враг этого не ожидал.

Не менее умело применяли активную маскировку и отдельные бойцы. Летом 1944 года во время боев за удержание плацдарма на западном берегу реки Вислы артиллерийские разведчики никак не могли обнаружить минометную батарею врага, которая по ночам систематически обстреливала наши позиции. Тогда сержант И. Юсупов решил днем вызвать огонь этой батареи и тем самым вскрыть ее расположение. Для этой цели он ночью в 200 м от своего наблюдательного пункта соорудил ложный. Две стеклянные банки, соответственным образом поставленные, имитировали блеск стекол оптического прибора, а двигавшаяся каска изображала наблюдателя. По каске, которую сержант, укрытый в стороне, поднимал, дергая за шнур, сначала открыл огонь гитлеровский снайпер, а затем и минометчик, обнаружив место расположения своей батареи. Так активная маскировка — создание ложных окопов, переднего края, наблюдательных пунктов, позиций танков и пулеметов, аэродромов, ложные маневры живой силой, кочующие орудия — дезориентировала противника, сбивая его с толку, заставляла открывать огонь, тем самым обнаруживая свои огневые точки.

Бойцы российского ОМОНа в камуфлированной форме для действий в городских условиях

Однако нельзя недооценивать противника, его умение вести наблюдение и метко стрелять. Поэтому всякое активное маскировочное действие, всякое ложное сооружение, всякий ложный маневр должны походить на настоящие. Любой вымысел требует «оживления» — движения, ведения огня, — чтобы заставить противника поверить во все происходящее.

При этом преимущества маскировки могут быть сведены на нет, если не будут соблюдаться все необходимые меры. В бою малейшая оплошность может оказаться гибельной.

Вот как закончился «спектакль», разыгранный немцами зимой 1942 года перед деревней Долгинево. Соорудили гитлеровцы дзоты. И без бинокля можно было разглядеть темные полоски амбразур. За снежным валом время от времени появлялись фигуры в касках и быстро исчезали в одном из дзотов.

Наши снайперы били по амбразурам, стреляли в перебегавших солдат. Расстояние небольшое — 300 метров. Как тут не попасть! И действительно фигуры в касках падали за валом. Но противник огня не прекращал, а через определенные промежутки над бруствером вновь маячили фашистские каски. «Мне это показалось странным, — рассказывал впоследствии снайпер Константин Боровский. — Что за беспечность такая? Одних уложишь, а через полчаса другие на этом же месте разгуливают. Решил я выяснить, чем это пахнет.

Ночью подобрался метров на восемьдесят. Ближе фашисты не подпустили. Осветили ракетой, палят вовсю. Пришлось залечь. Зарылся в снег и думаю: «Раз уж так близко, надо поглядеть, что они за гулянку здесь устроили». Начало рассветать. Ленты трассирующих пуль совсем побледнели, а я все лежу. Озяб порядком. Смотрю, за валом опять фигуры в касках. Вид у них какой-то странный и движутся что-то уж очень плавно. Всмотрелся пристальнее и все понял. Солдаты, беспечно разгуливавшие под нашим огнем, оказались просто куклами. Ползавшие по дну траншеи гитлеровцы таскали их на длинных палках. Бугры с ясно видимыми амбразурами были ложными дзотами. Настоящие дзоты фашисты построили левее, вдоль шоссейной дороги. Они были гораздо ниже, и амбразуры в них тщательно завешивались белыми тряпками.

Кукольную комедию гитлеровцы разыгрывали для того, чтобы отвлечь наше внимание. Когда мы начинали стрелять по куклам, фашисты открывали огонь из настоящих дзотов. Ползком я вернулся в роту. Выкатили мы противотанковую пушку на открытую позицию и стали бить прямой наводкой уже не по декорациям, а по настоящим дзотам. Так провалился фашистский спектакль».

Нельзя забывать, что на войне враг изо дня в день ведет наблюдение за местностью. И если на местности, где ранее ничего не было, вдруг появится какое-либо сооружение, оно, естественно, привлечет внимание, и ложь может раскрыться. Устраивая ложные сооружения, нельзя нарушать первоначальный естественный вид местности.

ПРАВДОПОДОБНОСТЬ МАСКИРОВКИ

МАСКИРОВКА лишь тогда не вызывает подозрений у противника, если она правдоподобна, естественна. Любое искусственное маскировочное сооружение лишь тогда будет трудно распознать, если оно по своему положению, форме, размерам и цвету в большей степени соответствует окружающим его предметам, т. е. когда оно правдоподобно. Опытный воин всегда воспользуется старыми, испытанными способами искусства правдоподобности, которым его обучила природа. Как и в природе, правдоподобность маскировки в военном деле достигается тем, что всем маскируемым предметам придается вид, не вызывающий подозрений в естественности. Все должно соответствовать окружающей местности, не вносить в нее чужеродное, резко отличающееся от имеющихся на ней естественных предметов. Но даже и при соблюдении этого общего правила необходимо учитывать особенности каждой конкретной местности, проявлять осторожность и осмотрительность.

Так, в начале Великой Отечественной войны практически вся Москва была разрисована разноцветными полосами, квадраты и пятна неправильной формы появились на стенах и крышах домов и даже на асфальте площадей. Кроме того, в такой же пестрый камуфляж были раскрашены танки, орудия и машины. Для чего же он нужен?

Можно проделать простой опыт. Покройте обыкновенную белую тарелку пятнами черной туши так, чтобы они подходили к краям. Поставьте теперь «камуфлированную» тарелку на черный стол и отойдите на несколько шагов. Пятна туши сольются со столом, и можно будет видеть только белые кусочки неправильной формы. Окрашенные части как бы выпадут из тарелки, и она станет неузнаваемой. Если же поставить замаскированную тарелку на белую скатерть, будут видны только черные пятна, а белые исчезнут.

Камуфлированная тарелка. Черные и белые пятна сливаются с фоном и тарелка становится неузнаваемой

Снайпер в зеленой полевой форме на зеленой лужайке невидим. Но стоит ему переползти на пашню или подойти к дому — он сразу себя выдаст. Зеленый силуэт на черноземе или на фоне кирпичной стены будет виден издалека. Вот тут-то снайпера и спасает камуфлированный халат. С ним нигде не пропадешь. Это та же тарелка, расписанная тушью. Зеленые пятна сливаются с травой и листьями, коричневые — с глиной и стволами сосен, серые — с песком, со скалами, с бетонными стенами, черные — с черноземом и обуглившимися балками, белые — со снегом. Напрасно противник будет напрягать зрение. Он увидит только слившиеся по цвету с фоном пятна неправильной формы и ни за что не догадается, что это и есть снайпер, которого он так старательно разыскивал.

Однако в начале войны, летом 1941 года, еще были часты случаи, когда наши войска использовали непродуманную маскировку. В бою под Новоград-Волынским некоторые пулеметные расчеты заняли огневые позиции на песке, а замаскировались зелеными плащ-палатками. Естественно, противник легко обнаружил пулеметчиков по зеленым пятнам на желтом песке, немедленно обстрелял их и вынудил сменить огневые позиции. Можно привести еще один пример неудачной маскировки. На скошенном лугу, который был хорошо изучен наблюдателями противника, стояли четыре копны сена. Именно на этот участок фронта прибыло свежее советское танковое подразделение. Недостаточно внимательно оценив обстановку, командир танковой роты приказал замаскировать все боевые машины под копны сена. Немцы, обнаружив появившиеся утром на лугу еще 8 новых стогов сена, стали усиленно их обстреливать, в результате чего танкисты понесли неоправданные потери. Вот если бы под копны сена были замаскированы только четыре танка — по числу копен, — маскировка была бы правдоподобной и не вызвала вражеского огня.

Легче всего правдоподобность достигается приспособлением к местности, использованием ее маскирующих свойств, приданием маскируемым предметам очертаний, формы и цвета предметов, имеющихся именно на данной местности. В значительной степени этому способствует умелое использование растительного покрова (травы, посевов, камыша, мха, кустарника, веток деревьев).

Используя растительный покров, каждый воин в состоянии своими силами изготовить всякого рода подручные маскировочные средства, а прикрепляя к одежде и снаряжению ветки, пучки травы, соломы, может создать себе такой маскировочный костюм, который будет сливаться с окружающим фоном. Для достижения правдоподобности боевая техника и сооружения маскируются специальными маскировочными сетями, в которые летом вплетают ветки, пучки травы, сена, соломы, в зависимости от того, что более подходит к окружающему ландшафту, а зимой — ленту из белой ткани.

Лучший друг воина в бою — окружающая его местность. У толкового солдата маскировка всегда под рукой. Песок лежит — снайпер в песок зароется, снег — в снежный сугроб превратится. В лесу его скрывают деревья, пни, сучья, кучи хвороста, в болотах — камыши, осока, в поле — борозды, копны и нескошенная рожь. В городе снайперу раздолье: тут его выручат груда кирпичей, листы кровельного железа, обвалившаяся штукатурка или подбитый танк. Дома, подвалы, чердаки, стены и заборы, канализационные люки и фабричные трубы как будто специально созданы для того, чтобы укрыть его от внимательных глаз врага. Даже в голой степи воин найдет хорошее укрытие — барханы, кусты перекати-поля, камни и скалы, полузанесеные песком. Везде и всегда снайпера окружают «друзья», которые его прячут, и «предатели», которые могут выдать его врагу. Надо знать характер и тех и других, и тогда «шапка-невидимка» будет всегда под рукою.

Советский снайпер в камуфлированной полевой форме

Таким образом, для соблюдения правдоподобности в первую очередь необходимо правильно пользоваться маскирующими свойствами местных предметов и растительности, а также искусственными средствами и не допускать применения с целью маскировки материалов и предметов, отсутствующих на данной местности или не характерных для нее. Только при хорошем навыке и сметке можно сделать себя, свое оружие и свою огневую позицию невидимыми для противника. Эффективности маскировки при выполнении принципа правдоподобия в значительной мере способствует разнообразие в ее приемах и способах.

РАЗНООБРАЗНЫЕ ФОРМЫ МАСКИРОВКИ

ЕСЛИ самые совершенные приемы маскировки неоднократно повторяются, то они легко могут быть разгаданы противником. Шаблон в этом деле не только недопустим, но даже опасен. В 1942 году огневые позиции станковых пулеметов одного из наших стрелковых подразделений, занимавшего оборонительные рубежи, были замаскированы под кочки и небольшие бугорки. Такая маскировка оказалась удачной. Довольно длительный период противник не мог их обнаружить, поскольку местность изобиловала кочками. Но в конце концов немцы заметили, что огонь ведется именно из тех мест, где находились отдельные кочки, и вскоре раскрыли систему маскировки. Часть советских огневых точек была уничтожена артиллерийско-минометным огнем противника. После непродолжительных наступательных боев это же самое подразделение снова на этом участке фронта перешло к обороне. Забыв о том, что враг раскрыл их прием, воины опять стали маскировать пулеметы под кочки. Получившие в предыдущих боях опыт, вражеские наблюдатели сразу же раскрыли местонахождение огневых позиций советских пулеметов, и расчеты понесли напрасные потери.

Советский снайпер в маскировочном комбинезоне. Обращает на себя внимание, что снайперская винтовка переплетена дубовыми ветками. 1943-1944 годы
Этот пример показывает, что маскировка постоянно требует разнообразия, использования каждый раз новых приемов, которые еще не знакомы неприятелю и могут дать наибольший эффект в конкретных условиях местности. Разнообразие как раз и заключается в том, чтобы избежать повторения приемов и способов маскировки того или иного объекта или применения одного и того же способа к одинаковым объектам. В маскировке крайне необходимо проявление изобретательности, находчивости, даже настоящего творчества.

Разнообразие приемов и способов маскировки помогало одерживать победы целым подразделениям. Летом 1944 года в Белоруссии советский стрелковый батальон преследовал отступающих немцев. В его задачу входило перерезать пути отхода врага. Местность была труднопроходимая, заболоченная, и батальон не мог обойти гитлеровцев, двигавшихся по единственной хорошей дороге. Тогда командир батальона сформировал штурмовой отряд из взвода автоматчиков, двух пар снайперов и приказал форсированным маршем пройти 40 км по бездорожью, обогнать противника, выйти у реки к мосту и задержать отходящего врага на несколько часов до подхода основных сил батальона.

Сделав стремительный бросок в заболоченных лесах, отряд через десять часов вышел к указанному мосту и перешел по нему на противоположный берег. Взорвав за собою мост, красноармейцы заняли оборону, тщательно замаскировавшись на опушке леса. Вскоре подошла немецкая транспортная колонна. Повозки, автомобили, бронетранспортеры, артиллерийские орудия, несколько сот человек сгрудились у взорванного моста. Отряд открыл огонь по этому скоплению. Гитлеровцы отхлынули от моста. Завязалась перестрелка. В бой вступила артиллерийская батарея противника. Однако она вела неприцельный огонь, поскольку не знала местоположения наших хорошо замаскировавшихся бойцов, прекративших на время стрельбу. Группа саперов противника во главе с офицером подошла к мосту и приступила к его ремонту. Тогда вступили в бой снайперы. Первой пулей был сражен офицер, за ним стали падать вражеские саперы. Отремонтировать мост врагу так и не удалось.

Гитлеровские артиллеристы вновь открыли ураганный огонь, но и он не принес отряду вреда, так как и в этот раз огонь был не прицельным. Враг пустил в дело все имеющиеся у него средства, вплоть до шестиствольных минометов, стреляя уже по площадям. Загорелся лес. Наш отряд отошел в сторону и, соблюдая все правила маскировки, открыл косоприцельный огонь, не подпуская к мосту саперов противника.

Немецкие пехотинцы попытались переправиться вброд, но меткие выстрелы советских автоматчиков и снайперов поражали их одного за другим. Потеряв несколько десятков человек убитыми, фашисты отказались от переправы через реку. Снова в бой вступила артиллерия врага. Когда снаряды стали ложиться совсем близко, отряд советских бойцов через лес отошел на другую сторону от моста и занял здесь новые позиции, скрывшись в зарослях кустарника. И снова меткий огонь обрушился на гитлеровцев. Часто меняя место, тщательно маскируясь и ведя меткий огонь, взвод советских автоматчиков и четыре снайпера выдержали почти пятичасовой бой с превосходящими силами врага до подхода своего батальона.

Так отвага, дерзость, маневр при тщательном соблюдении маскировки и ее важнейшего принципа — разнообразия (бойцы маскировались то на опушке леса, то в небольшой глубине от нее, то в кустарнике) — помогли небольшой группе одержать победу над численно превосходящим противником. Этот бой еще раз подтвердил, что в маскировке необходимо постоянное проявление изобретательности и самостоятельного творчества для достижения ее разнообразия. Большое значение при этом имеет знание демаскирующих признаков. О них мы уже говорили в статье «Бой глазами: побеждает тот, кто видит» («Братишка», 2006, № 3). Но там речь шла о признаках, по которым наблюдатель может обнаружить противника. Теперь же необходимо рассмотреть их с точки зрения маскирующегося воина.

ДЕМАСКИРУЮЩИЕ ПРИЗНАКИ

ЭФФЕКТИВНОСТЬ маскировки зависит прежде всего от того, насколько умело скрыты от наблюдения врага демаскирующие предметы и признаки. К признакам, по которым противник может обнаружить бойцов, сооружения и боевую технику, относятся цвет, форма, тень, а также движение, следы, звуки. Демаскирующее действие этих признаков усиливается или ослабляется в зависимости от природных условий, в которых проходят боевые действия; характера окружающей местности; времени года; погодных условий; освещения и от общей боевой обстановки. Пасмурная, ненастная погода — дождь, туман, снегопад — скрывают их, так как местность приобретает тусклый вид. Ясная солнечная погода, наоборот, усиливает некоторые из них. Резче видны очертания предметов; металлические части оружия, снаряжения, стекла оптических приборов, гладкие поверхности дают отблески на солнце.

Предметы различаются по цвету, что влияет на их видимость. Одинаково окрашенные, они как бы сливаются друг с другом, различно окрашенные — резко отличаются. Большое значение имеет характер поверхности. Один и тот же цвет может выглядеть по-разному в зависимости от того, какая у предмета поверхность — матово-блеклая или глянцевито-блестящая. Плоская глянцевая поверхность которая дает отблеск лучей света, легко обнаруживается наблюдателем. Поэтому не случайно военную одежду и боевую технику окрашивают в неяркий цвет хаки, наиболее часто встречающийся в природе, помогающий сливаться с окружающей местностью.

Переправа российских солдат, замаскированных подручными средствами, через реку
Однако нет еще такой маски, которая бы всегда и везде могла бы укрыть бойца. Как может демаскировать бойца цвет? Можно привести такой пример — отрыт окоп в полный профиль для стрельбы стоя на травянистом лугу, а выброшенный вокруг грунт не прикрыт дерном. Черное пятно земли на зеленом фоне травы будет резко выделяться и выдаст противнику место окопа. Человек в серой шинели на снегу виден издалека, а невидимого на снегу в белом халате стрелка противник за километр увидит среди яркой зелени; укрытие, отлично скрывавшее стрелка утром, может стать для него могилой в полдень. Увядшие листья среди зеленой растительности могут указать на то, что за ними кто-то или что-то скрывается.

Форма предметов и сооружений, созданных человеком, также демаскирует их, поскольку имеет четкие контуры. В природе же, наоборот, преобладают мягкие, неопределенные. Если приглядеться повнимательнее к кустам, кронам деревьев, камням, кочкам, скалам, то нельзя будет найти даже рядом двух совершенно одинаковых очертаний. Каждому из них присущ только свой силуэт, но не резко отличающийся от другого. В то же время люди, боевая техника и оружие выделяются своей характерной формой, подчеркиваемой падающей от них тенью, цветом и блеском металла. Поэтому любую маскировочную одежду (кроме зимней), боевую технику и вооружение камуфлируют пятнами, не имеющими правильной геометрической формы; а всем оборонительным сооружениям придают очертания, сходные с местными предметами.

Опаснейшим «предателем» на поле боя является блеск. На солнце могут блестеть стекла бинокля или оптического прицела; штык; фляга; алюминиевый котелок. Даже стальной шлем, выкрашенный в защитный цвет, дает на солнце отблеск. Наблюдатель хорошо это знает. Чуть заиграл где-нибудь солнечный зайчик, он уже будет настороженно высматривать, что тому причина.

Горные стрелки бундесвера в зимней камуфлированной форме
Известного советского снайпера Михаила Малова однажды спросили, какой, по его мнению, самый опасный демаскирующий признак. «Блеск! — не задумываясь, ответил снайпер. — Оторвалась у меня недавно пуговица на гимнастерке. Пришил медную некрашеную и забыл про нее. Надо было мне пулемет снять. А рота наша стояла в моховом болоте. Нашил я себе повсюду пучки моха, шлем глиной вымазал и тоже мох прилепил, а лицо травой испачкал: есть такая сочная, не припомню, как называется, только тронешь — все руки зеленые. Загримировался на совесть. Между кочками и багульником подполз к немцам, высматриваю. Трех минут не пролежал, вдруг «чвак!» — пуля, «чвак!» — вторая. Эта плечо царапнула. Заметили. Я — ходу обратно. Хорошо, воронка была, шлепнулся в нее. Огорчаюсь и думаю: «Какой во мне недостаток?» Тут и увидел пуговицу. Блестит, проклятая, жаром сияет — июнь, солнце. Из-за нее чуть не погиб».

К подобного рода «предателям» с опаской относится каждый солдат, имеющий боевой опыт. Участвуя в боевых действиях, он тщательно страхует себя от блеска. На стальной шлем надевает защитный чехол или вымазывает грязью, а если выпал снег, обшивает белой тканью. Металлические детали автомата в солнечный день «пудрит»: сначала смажет сверху оружейным маслом, а по маслу посыплет песком или пылью. Зимой обкручивает автомат белым бинтом.

Одним из наиболее характерных демаскирующих признаков является движение. Пока замаскировавшийся боец неподвижен, его трудно заметить. Но стоит ему начать движение, как его легко обнаружить. Поэтому воин на поле боя должен быть особенно внимателен к своим движениям. Движение притягивает глаз наблюдателя противника, как магнит стальную булавку. Самая высокая трава, самые густые ветви не спрячут снайпера, если он будет двигаться неосторожно. Передвижение должно быть скрытным, при этом следует избегать резких или быстрых движений, предпочтительно все передвижения осуществлять ночью или в условиях плохой видимости. Если необходимо передвигаться на местности, просматриваемой противником, то нужно максимально использовать всякого рода укрытия, неровности и складки рельефа, а также растительность, которые позволят избежать обнаружения наземной или воздушной разведкой противника. Земляные элементы, такие, как холмы или валы, поглощают значительную часть инфракрасной энергии и поэтому могут скрыть солдата от обнаружения с помощью инфракрасных приборов ночного видения. Передвигаясь в густых камышах, траве, посевах, их осторожно раздвигают руками, а пройдя, медленно опускают на свое место, чтобы не выдать себя. На открытом пространстве стараются двигаться, имея за собой предмет или какой-либо фон, по возможности одинакового цвета. Когда есть подозрение, что противник следит за вами, лучше оставаться неподвижным. Если передвигается подразделение, то его необходимо разделить на небольшие, подвижные группы, которые должны передвигаться поэтапно от одного естественного укрытия к другому, стараясь избежать появления своих силуэтов на фоне неба или контрастного заднего фона.

Однако не только само движение, но и его следы могут послужить демаскирующим признаком. Следы от гусениц и колес, оставленные на снегу или траве тропинки, даже такая мелочь, как следы по росе, протоптанные на лугу выдвигавшимися перед рассветом дозорами, помогут противнику раскрыть расположение и замыслы подразделений. Резко демаскируют звуки деятельности войск — выстрелы, шум моторов, лязг гусениц, удары о землю лопатами, разговор, кашель, звон металлических частей оружия и т. п. Особенно они выдают, как и свет, ночью и в периоды затишья боя. В годы Великой Отечественной войны не раз бывали случаи когда необстрелянные солдаты возмущались, что им запрещали разводить костры, даже когда они находились в ближнем тылу. В силу неопытности бойцы не знали, что отблеск костра хорошо виден ночью с расстояния до 8 км.

Финский солдат в зимней камуфлированной форме
Кроме того, в солнечный день добавляется еще один демаскирующий признак — тень. Предмет бывает лучше виден, когда он освещен ярко и отбрасывает тень, а фон, на котором он проецируется, составляет по цвету с ним контраст. Так, например, пробирается снайпер за стеной, солнце светит ему в спину. Не успел дойти до угла, а враг уже наготове, поджидает его: сквозь плотную кирпичную кладку ни один взор не мог проникнуть. Кто же мог выдать снайпера? Его собственная тень. Лунной ночью на снегу отпечатается синим силуэтом, темной рябью задрожит на воде и, словно вырезанная из черной бумаги, ляжет на песок в знойный полдень. Однако опытный снайпер знает верное средство, как избавиться от этой навязчивой спутницы. Стоит ему спрятаться в чужую тень, как его собственная исчезает бесследно. Тени деревьев, домов, заборов, холмов не только уничтожат собственную тень, но еще и скроют бойца.

Каждый солдат, а особенно снайпер, всегда должен быть начеку. Его может выдать ветка, качнувшаяся в безветренную погоду; зимой, в сильный мороз — пар от дыхания; выдают увядшие листья, когда всё кругом зелено; выдает вспышка выстрела; неосторожный шаг; валежник, треснувший под ногой. Трудно перечислить все демаскирующие признаки. Список получится огромный и все равно неполный.

Поэтому основа маскировки — устранение демаскирующих признаков. Их нужно знать назубок. Только хорошо представляя, как выглядит маскируемый объект со стороны и чем он демаскируется, можно правильно определить, что в нем нужно скрыть, а что видоизменить. Для этого имеются способы и средства маскировки, которые делятся на две большие группы: естественные и технические.

Искусство терпеливых. Мастера маскировки и обмана

Читайте также

Дымовые средства маскировки

Дымовые средства маскировки Дымовые средства маскировки применяются в целях ослепления противника, скрытия своих войск и отдельных объектов, их действий, а также для обозначения деятельности ложных объектов (пожаров после артиллерийского обстрела или авиационного

«Щипачи» — мастера карманных дел

«Щипачи» — мастера карманных дел В середине 1950-х годов во дворах около Тишинского рынка можно было встретить отдыхающего после очередной отсидки знаменитого карманника Витю Малину, ученика легендарного Васьки Бриллианта, иконы криминального мира Советского

Глава 12 ИСКУССТВО ОБМАНА

Глава 12 ИСКУССТВО ОБМАНА Обман так же стар, как само время, и, хотя Шекспир утверждает, что люди всегда были обманщиками, вовсе не им принадлежит первенство в этом вопросе. Признанными мастерами обмана являются насекомые. Возможно, самый совершенный пример мимикрии

Глава 3. Мастера шпионских дел

Глава 3. Мастера шпионских дел Шпионаж можно было бы терпеть, если бы им занимались честные люди. Шарль Монтескье (французский философ XVIII в.) Характер деятельности той или иной разведывательной службы во многом определяется личностью ее руководителей, их причудами и

Антенных дел мастера

Антенных дел мастера Когда я пришёл в институт, начальником антенной лаборатории был Евгений Николаевич Майзельс. К этому времени у него уже был достаточно большой послужной список. Начав работу во Всесоюзном электротехническом институте у профессора Б. А. Введенского

Г. Некоторые приемы маскировки

Г. Некоторые приемы маскировки Для введения в заблуждение американских пилотов иракцы жгли шины или бочки с нефтью рядом с неподбитыми танками, что создавало впечатление, что машины уже уничтожены.Для тех же целей целые боевые машины ставили рядом с подбитыми[63].При

Средства световой и тепловой маскировки

Средства световой и тепловой маскировки Одним из демаскирующих признаков войск и объектов является признак их деятельности, связанный с применением осветительных приборов в темное время суток. Это позволяет средствами разведки обнаруживать войска и объекты, выявлять

Дымовые средства маскировки

Дымовые средства маскировки Дымовые средства маскировки применяются в целях ослепления противника, скрытия своих войск и отдельных объектов, их действий, а также для обозначения деятельности ложных объектов (пожаров после артиллерийского обстрела или авиационного

Средства световой и тепловой маскировки

Средства световой и тепловой маскировки Одним из демаскирующих признаков войск и объектов является признак их деятельности, связанный с применением осветительных приборов в темное время суток. Это позволяет средствами разведки обнаруживать войска и объекты, выявлять

Дымовые средства маскировки

Дымовые средства маскировки Дымовые средства маскировки применяются в целях ослепления противника, скрытия своих войск и отдельных объектов, их действий, а также для обозначения деятельности ложных объектов (пожаров после артиллерийского обстрела или авиационного

Искусство терпеливых. Мастера маскировки и обмана

Искусство терпеливых. Мастера маскировки и обмана Действия снайпера в позиционной войне Рано или поздно военные действия принимают позиционный характер. Противоборствующие стороны стоят фронтом друг против друга и не предпринимают наступательных действий. Это не

12.3. Искусство маскировки людей

12.3. Искусство маскировки людей Борман и Мюллер, без сомнения, в ходе большой радиоигры информировали посвященных лиц с советской стороны, но они не были «агентами Москвы». Они просто считали, что когда Германия проиграет, то в Европе будет доминировать СССР, и чем больше

Дымовые средства маскировки

Дымовые средства маскировки Дымовые средства маскировки применяются в целях ослепления противника, скрытия своих войск и отдельных объектов, их действий, а также для обозначения деятельности ложных объектов (пожаров после артиллерийского обстрела или авиационного

9. ПОЛИТИКА «ГАРАНТИЙ» КАК РОД ОБМАНА

9. ПОЛИТИКА «ГАРАНТИЙ» КАК РОД ОБМАНА Англо-французские гарантии без гарантий Ликвидация Австрии и Чехословакии была прямым следствием политики «умиротворения», рассчитанной на подготовку агрессии в направлении Восточной Европы, против Советского Союза. Без боевых

IV. СРЕДСТВА МАСКИРОВКИ

IV. СРЕДСТВА МАСКИРОВКИ Областью военной техники, противодействующей разведке противника, является, как известно, маскировка. Среди технических средств маскировки на первое место следует поставить средства активной маскировки. Это различные ложные макеты, имитирующие

35 вещей, людей и животных, которые слились с фоном и сбивают с толку

В онлайн-группе люди делятся фотографиями вещей и людей, «исчезающих» из-за случайной маскировки.

Когда 5 лет назад в Сети начали появляться фотоподборки по случайному камуфляжу, мы и подумать не могли, что это приведет к повальному увлечению этой темой пользователями Интернета.
Например, сегодня на Reddit есть даже сабреддит на эту тему, где пользователи делятся примерами необычного случайного камуфляжа. Да, эта группа не очень большая по сравнению с другими ветками, но важно же качество, а не количество, верно?

Мы же сегодня решили собрать для вас очередную порцию природного камуфляжа, который позволяет вещам, людям и животным сливаться с окружающими предметами и фоном. Мы нашли для вас штаны людей, гармонирующие с окружающим их пространством, попугая, маскирующегося под авокадо, ну и многое другое.

1. Идеальный камуфляж!

THECUTEKITTYCAT

2. Не наступай на него!

NooaJ

3. Моя черная кошка похожа на тень моей белой кошки

reddit.com

Смотрите также

4. Моя рубашка отлично подходит к окружающей обстановке, сливая меня с этой клумбой цветов

sway_forth

5. У этого стула есть глаза!!!

ElMac65

6. Низ слился с природой

MrPotato341181

7. Человек-невидимка в костюме

Faizycommando

8. Я сначала подумал, что стул сломан

aham_athul

9. Потратил полчаса на поиски моей толстовки (камуфляж 1000-го уровня)

reddit

10. Когда тебе нужно пойти на публичное мероприятие, но ты все равно не хочешь, чтобы тебя видели

reddit.com

11. Мои штаны сочетаются с текстурой пола

FishingForWilderness

12. Мраморный пол, наверное, не лучшая идея, если в доме живет кошка с такой же расцветкой

VillainDeku

13. У пальца есть хвост!

_Geiger

14. Не могу найти свою лепешку

Mr—Wilson

15. Когда природный окрас кошки становится отличным домашним камуфляжем

ankiakhil

16. Знаменитый камуфляж сов

Culaterbro

17. Подарок, который я получила, имел тот же цвет и рисунок, как и мое платье, которое я ношу!

deafkittenpoetry

18. Человек из-за своей футболки слился с морем

KoleCasule1

19. Шлепанцы идеально слились с эскалатором

ball-_-fondler

20. Уронил очки — еле нашел

myers_jr

21. Сколько авокадо вы видите?

Jucapiga

22. Мой друг нашел кошку-невидимку в Греции

dickfacecat

23. Сковорода и столешница как единое целое

Areykh

24. Почти наступил на него

Nikkilewisyeah

25. Частичный камуфляж

rdubya3387

26. Кофейная кружка и одежда девушки нашли друг друга

JimFancyPants

27. Я очень долго искал свой пульт

reddit.com

28. Потерял кошелек на три дня, жена нашла его случайно

dutybeforedeath

29. Юбка слилась с полом на вокзале, создав эффект парящего тела

OkMan123456789

30. Зеркальная коробка для салфеток почти невидима

areyouafruit

31. Моя обувь идеально сочетается с этим барным стулом

Yathosse

32. Я думал, что снова потерял носок в сушилке

SuperLinkAran

33. Печенье слилось с фоном

keepshootingfilm

34. Не смог найти соломинку, когда приготовил кофе со льдом этим утром

reddit.com

35. Кроссовки подходят к полу в спортзале

Osirisk

Обложка: 1Gai.Ru / deafkittenpoetry — Reddit / ball-_-fondler — Reddit

Источник: AccidentalCamouflage / Reddit

Маскировка. Искусство быть невидимым (Часть II)

(Окончание. Начало в статье «Маскировка. Искусство быть невидимым (Часть I)»)

СПОСОБЫ И СРЕДСТВА ЕСТЕСТВЕННОЙ МАСКИРОВКИ

Основа естественной маскировки — умелое приспособление к местности, использование ее маскирующих свойств. Самым надежным средством является земля. Зарыться в землю — значит сделаться почти невидимым и мало уязвимым. «Почти» потому, что стать совсем незаметным можно только с помощью естественных или технических средств и особенно местных подручных материалов: веток, деревьев, соломы, верхнего слоя грунта, дерна, снега — всего того, что находится поблизости от маскируемого объекта.

Неровности рельефа и мелкие складки — лощины, овраги, бугры, канавы, ямы, воронки; местные предметы — рощи, кустарники, сады, постройки, посевы надежно укрывают людей и боевую технику от воздушного и наземного наблюдения противника. Чем больше на местности складок, различных предметов, разнообразной растительности, тем пестрее ее фон, тем легче скрыться от наблюдения противника. Особенно хорошими маскирующими свойствами обладает растительный покров. Чтобы полнее воспользоваться маскирующими свойствами местности, ее оценивают в отношении окраски и, исходя из этого, определяют характер маскировки, какие подручные материалы взять и как их применить.


Замаскировавшийся
норвежский егерь-десантник
в засаде

Но пользоваться маскирующими средствами надо с умом. Чтобы не демаскировать цветом своего окопа, поступают так. Приступая к его отрывке, необходимо сначала снять и отложить в сторону верхний слой грунта или дерна, если он есть, по контуру создаваемого сооружения. Закончив работу, этим слоем закрывают выброшенную на поверхность землю. Это необходимо делать потому, что слои грунта имеют разные оттенки, а иногда и цвета. Выброшенная из глубины земля может резко выделяться на окружающем фоне и выдать место расположения сооружения.

Там, где есть кустарник, окопы или позиции огневых средств, маскируют подсаживанием кустов. К этому прибегают тогда, когда противник еще не успел изучить местность, иначе появление новых кустов непременно привлечет его внимание. Широко используют для маскировки деревья, пни, кочки, кучи камней, развалины зданий, но не отдельно стоящих. Это вполне понятно. Отдельно расположенные местные предметы и выделяющиеся ориентиры сами всегда привлекают не только наше внимание, но и внимание врага. И это необходимо учитывать. Располагаясь у какого-либо предмета, пользуются им как укрытием. Стараются всегда выбрать место в его тени с таким расчетом, чтобы сзади был маскирующий фон, помня, конечно, о том, что тень в течение дня перемещается вслед за движением солнца.

О том, как тень способствует маскировке, вспоминал опытный разведчик сержант А. Шульгин: «Однажды я отправился в тыл противника на разведку и на своем пути в нейтральной полосе встретил гитлеровского разведчика. Распластавшись в тени куста и абсолютно не двигаясь, я дал ему возможность приблизиться на расстояние пяти метров. Когда он, осматриваясь, повернулся ко мне спиной, я обхватил его сзади руками, сразу же заткнул рот и обезоружил». При укрытии в тени соблюдают правило: когда местный предмет высокий, большой, маскируемый объект располагают в его тени. Если же маскируемый объект больше местного предмета, его размещают с освещенной стороны так, чтобы тень маскируемого объекта искажалась тенью местного предмета. Безусловно, нужно помнить, что труднее всего сохранять маскировку в движении. Поэтому всегда следует избегать излишних передвижений на виду у врага.

И здесь вполне уместно вспомнить об одном эпизоде Великой Отечественной. Недалеко от Ленинграда в 1941 году наши войска при отступлении взорвали железнодорожный мост через Неву. Две фермы, примыкавшие к нашему берегу, остались целы, а третья, искореженная взрывом, повисла в воздухе. Герой Советского Союза снайпер Владимир Пчелинцев прополз по железнодорожному полотну и спрятался под перекрестием балок, почти на самой середине реки.

Было очень холодно. Железные фермы покрылись инеем, и Пчелинцев постоянно ощущал резкий холод. Ему хотелось размять окоченевшее тело, но двигаться было нельзя, и он мог только усиленно шевелить пальцами. Тяжело было лежать на морозном ветру в оледеневших балках, но зато он был полностью укрыт от немецких наблюдателей, а позиции противника отсюда виднелись как на ладони.

Кромку берега немцы густо заплели витками колючей проволоки, дальше тянулся забор на низких кольях, а еще дальше — блиндажи и траншеи, уходившие в лес. Когда появлялся враг, Пчелинцев не чувствовал, как холодный металл затвора обжигает пальцы. Он прикладывался в снайперской винтовке очень осторожно, чтобы от дыхания не запотел окуляр прицела.

Несмотря на леденящий холод, Пчелинцев в течение недели вел прицельную стрельбу с разрушенного моста. Он уничтожил семнадцать гитлеровцев, засек и нанес на карту вражеские блиндажи и пулеметные точки, подавленные потом огнем нашей артиллерии. Гитлеровцы начали обстреливать мост из минометов только тогда, когда неуловимый советский снайпер уже сменил позицию.

В постройках и зданиях необходимо занимать место для стрельбы и наблюдения не непосредственно у окна или дверного проема, а в глубине комнаты или чердака. Хорошие условия для естественной маскировки, резко ухудшающие видимость: темное время суток — ночь, сумерки, предрассветная мгла; состояние погоды — дождь, туман, метель, снегопад.


Российский спецназовец
в камуфлированной форме
для действий в городских условиях

Большинство образцов обмундирования требует добавления листвы для совершенствования их маскировочных свойств в природном окружении. Причем листья, трава и ветки могут быть прикреплены как к шлему, так и к одежде. Поэтому в ходе боевых действий советские воины для личной маскировки закрепляли на обмундировании нитками ветки, траву, цветы, колосья, листья, хвою — в зависимости от того, чего больше было в окружающей природе. Их также вплетали в основу из хвороста, проволоки или веревки и таким образом укрывали боевую технику, окопы. Лиственный камуфляж в достаточном количестве помогает скрыть визуально демаскирующие признаки солдата, но недостаточен для того, чтобы скрыть его передвижения или его позицию (большое количество листвы, которое регулярно меняет позицию, быстро привлечет внимание противника). Выбирая лиственный орнамент для закрепления на себе или для укрытия позиции, солдат должен остановиться на том, который соответствует району боевых действий. Например, он не должен использовать хвойные материалы в районах с лиственными деревьями и наоборот. Одновременно с этим необходимо строго соблюдать незыблемое правило: следить за естественным положением предметов и своевременно, в темное время суток, менять их. Растительность сохраняет свою первоначальную окраску и свежесть всего один — пять дней и только ветки хвойных деревьев — до десяти дней. Ветки с молодыми побегами, срубленные с деревьев, растущих на опушке леса или на сухих местах, увядают быстрее, чем сорванные с деревьев, стоящих в глубине леса, на мокрых местах. Поэтому камуфляжную листву следует регулярно обновлять, поскольку, будучи сорванной, она быстро увядает и меняет цвет. Солдат должен всегда представлять противнику наружную часть листьев. С тыльной стороны листья светлее, и это очень четко отражается на военных разведывательных фотографиях. Светлые, обломанные концы веток следует закрашивать грязью для того, чтобы они не были заметны. Очень свежий подлесок весьма восприимчив к инфракрасной части спектра в связи с содержанием хлорофилла и поэтому его используют в определенной степени для маскировки солдата от сканирования инфракрасными лучами. Однако такая маскировка будет со временем ухудшаться, так как листва увядает (хвойная растительность обеспечивает более длительную хлорофилловую реакцию, чем лиственная).

Для усиления естественных маскирующих свойств местности широко используются технические средства.

ТЕХНИЧЕСКИЕ СРЕДСТВА МАСКИРОВКИ И ИХ ПРИМЕНЕНИЕ

Зачастую бывает так, что одними только подручными средствами замаскировать бойцов, сооружения и боевую технику в силу ряда причин невозможно. Тогда приходится прибегать к техническим средствам маскировки, к которым относятся: различные маскировочные покрытия; сети для оборонительных сооружений и боевой техники; маскировочные костюмы для людей; окрашивание боевой техники; звуковые, дымовые, радио-, противорадиолокационные и другие средства. По снегу хорошо идти в снегопад или во время небольшой поземки. Следы гусениц и колес летом забрасывают подручными материалами — дерном, землей, а зимой привязывают сзади к одиночным или замыкающим колонну машинам большие «веники» из деревьев соответствующего размера, заметающие следы.

Маскировочные сети, хлопчатобумажные и проволочные, используют как основу для вплетения подручных материалов. А вот покрытия — это сети с вплетенными окрашенными кусками или лентами ткани, бумаги, пучками травы. Такие сети и покрытия устанавливают горизонтально, вертикально или наклонно, закрывая маскируемый объект со стороны вероятного наблюдения. Чтобы покрытия лучше сливались по цвету с фоном местности, на них набрасывают небольшое количество естественных подручных материалов. В некоторых армиях существуют маскировочные сети для экстренного камуфляжа. Наиболее сложные из них содержат волокна из нержавеющей стали, которые поглощают и отклоняют лучи радиолокаторов и снижают таким образом их эффективность при слежении за наземными целями.

Когда необходимо укрыть на ровной местности какой-либо объект от воздушного наблюдения маскировочным покрытием, его устанавливают так, чтобы наклонные плоскости были возможно более пологими, а тень от возвышения маскируемого объекта была естественной. Этого можно достигнуть, если возвышения делать эллипсовидными с соотношением осей 3:2, а большую ось располагать по направлению восток — запад. Для маскировки людей применяют специальные комбинезоны и костюмы. На комбинезоны при действиях среди зеленой растительности наносят пятна зеленые, в лесистых горах — серо-зеленые, а в степях и пустынях — серо-желтые, в населенных пунктах — серо-голубые.


Испанский десантник
в боевом камуфляже

Современная полевая униформа типа американской Woodland М 81 и британской Disruptive Pattern Маterial (DРМ) окрашена также отражающими красками спектра, что в определенной степени защищает солдат от приборов ночного видения противника, однако выгоревшее обмундирование также теряет свои маскировочные качества, поскольку это сказывается на эффективности красок.

Маскировочные костюмы для зимы в основном белого цвета. Летом и осенью наблюдатели, разведчики и снайперы, надевая маскировочную одежду, закрывают лицо темной маской. Чтобы устранить блеск стекол оптических приборов, на них надевают защитные козырьки из плотной бумаги: летом — темные, зимой — белые. Так, один из наших самых талантливых снайперов периода войны Абдул Сефербеков делал из бересты солнцезащитную бленду в виде трубки и надевал ее на оптический прицел, чтобы скрыть блеск объектива. В кустах, если позиция была надежная и он рассчитывал надолго там обосноваться, сооружал над прицелом шалашик из веток и листьев.

Маскировочная одежда помогает скрываться от противника только в определенных условиях. Скажем, зимой человек, лежащий в белом костюме на чистом снегу, полностью сливается со снежным фоном. Даже на расстоянии 50 м его трудно увидеть. Однако стоит ему только подняться, и на фоне темного леса он становится резко заметен. Если летом надеть маскировочный комбинезон для действий в лесу, он хорошо скроет бойца на фоне хвойных деревьев или деревьев с темными стволами, в кустах. Как только он перейдет в березовую рощу или выйдет на опушку леса, эта одежда будет демаскировать его.

Необходимо уметь правильно пользоваться маскировочной одеждой, особенно зимой. Сохранять ее белизну, поскольку грязная хорошо видна на белом снежном поле. На снегу темными пятнами выделяются оружие, лицо, руки. Поэтому оружие обертывают марлей, а лицо закрывают марлевой маской. На руки надевают белые перчатки или варежки. Каски, лыжи, чехлы, ремни зимой окрашивают в белый цвет. Надо помнить, что в солнечный день человек, даже в белом костюме, отбрасывает на снег тень, которая выдает маскирующегося. При действиях на однообразном фоне применяют защитную окраску. Боевые, транспортные машины и оружие окрашивают в один цвет, соответствующий цвету местности. Это уменьшает их видимость. Например, танк, покрытый летней зеленой краской, обнаруживается невооруженным глазом на снежном поле с 3 км, а побеленный — с 400 м.

Кроме своей формы солдату необходимо маскировать и открытые участки своего тела. Человеческая кожа требует специальной маскировочной обработки, так как жировое содержание делает ее отражающей, независимо от естественного цвета кожи. Солдаты должны накладывать на лица, шею, кисти и руки маскировочный грим. Делая это, они всегда работают в паре, поскольку, накладывая грим в одиночку, легко пропустить важные участки, например заднюю поверхность ушей. Выступающие части головы, которые выделяют жир (лоб, нос, щеки, уши и подбородок), следует закрашивать темными цветами, а затененные места должны быть покрыты светлой краской. Шею, кисти рук и руки следует раскрашивать пестро, под листву. Если специальный камуфляжный грим отсутствует, следует использовать подручные материалы, включая древесный уголь, грязь, сажу, глину, копоть, жженую пробку и смесь масла и земли.


Английские солдаты в
камуфлированной летней полевой форме
Disruptive Pattern Маterial,
окрашенной отражающими
красками спектра,
что в определенной степени
защищает солдат от
приборов ночного видения противника

Сгущенное молоко и яичный порошок могут стать подручными красками с хорошими вяжущими свойствами. Солдат также должен замаскировать свое личное обмундирование и снаряжение. Все блестящие части должны быть сделаны тусклыми, любые металлические детали, производящие шум, должны быть сняты или закреплены. Металлические части оружия должны быть затемнены камуфляжной краской или обувным кремом, оружие может быть завернуто в куски камуфляжного материала или окрашено в камуфляжные цвета. Однако следует помнить, что подобная маскировка может отрицательно сказаться на работе подвижных частей автоматики оружия.

Защитный цвет военной одежды и боевой техники делает их менее заметными, но не изменяет очертания. Поэтому стали применять подражательную и деформирующую окраску технических средств, стационарных объектов и боевой техники в несколько цветов, преобладающих в окружающем фоне. Это уменьшает видимость предметов. Тот же зеленый танк, но окрашенный темно-коричневыми разводами, будет хуже виден на фоне растительности, чем однотонный.

При действиях на местности с различным фоном движущиеся объекты (танки, автомашины, поезда) искажаются окраской разноцветными крупными пятнами по цвету основного фона местности. Несимметричное их расположение устраняет главный демаскирующий признак любого предмета — его форму. Летом пятна делают желто-землистого, защитного и темно-коричневого цвета. Осенью вместо защитного цвета прибегают к желтому — под желтеющую траву и листву. Так, окрашенный и движущийся на пестром фоне предмет становится почти невидимым.

Наиболее трудно скрыть передвижение танков, бронетранспортеров, транспортных и специальных машин. Шум их моторов, особенно ночью, далеко слышен, поэтому он должен быть сведен к абсолютному минимуму. В годы войны советские войска нередко прибегали к звукомаскировке. Например, во время передвижения танков непосредственно к полю боя открывали усиленный огонь из орудий и минометов. Грохот выстрелов и разрывов заглушал шум танков. Иногда в тех районах, где не предполагалось вводить в бой танки, устанавливались с работающими двигателями или двигались по коротким кольцевым маршрутам тракторы. Такие действия сбивали врага с толку, не позволяли ему своевременно выявить действительный район передвижения танков. Также следует реже пользоваться радиосвязью, при этом сам сеанс радиопередачи должен быть максимально коротким. Для контакта между подразделениями необходимо максимально использовать визуальные сигналы, а не речевую связь.

Леса — наилучшие места для скрытного передвижения, так как деревья ограничивают диапазон наблюдения с земли, а лиственный покров скрывает от воздушной разведки. И наоборот, открытая местность является наиболее опасной. Если подразделение вынуждено передвигаться по открытой местности, для прикрытия может использоваться и такое техническое средство, как дымы. Дым смешивается со спектральными диапазонами оптических и тепловых приборов обнаружения цели и поэтому является ценным средством маскировки от наблюдения противника. Дымовую завесу следует устанавливать по широкому фронту, сразу в нескольких местах, чтобы рассредоточить внимание противника на большом участке и не дать ему возможности определить, где же именно и что от него скрывают. Для создания дымовых завес применяют дымовые шашки. Каждая из них дает непросматриваемую завесу высотой до 100 м и шириной до 15 м. Если невозможно использовать дым, то действия в условиях обильных осадков или густого тумана также лишают противника возможности использовать приборы теплового и оптического наблюдения.

В настоящее время для маскировки войск от радиолокаторов, теплопеленгаторов и инфракрасной техники противника широко используются разнообразные технические средства. Например, противорадиолокационная маскировка движения войск, их расположение на месте производится созданием и применением масок-экранов. Это могут быть изготовленные из подручного материала — снега, хвороста, соломы — стенки; хворостяные, соломенные маты, развешанные на проволоке, протянутой между столбами или деревьями на высоте 3-4 м; а также уголковые отражатели из металла, установленные на шестах 3-3,5 м, отстоящих друг от друга на 25-30 м.

Однако естественные и технические средства еще не полностью помогают скрыть от противника действительное расположение объектов. Наилучшие результаты маскировка дает тогда, когда скрытие действительного сочетается с созданием и умелым показом ложного, вводящего противника в заблуждение об истинных возможностях и намерениях, когда наиболее результативные в данной обстановке сочетания ее различных средств, приемов и способов используются непрерывно, на протяжении всего времени боевых действий — при организации боя, в бою и после него.

Непрерывность и эффективность маскировки требуют также тщательного соблюдения дисциплины. А это значит, что нужно при любых обстоятельствах избегать всего, что может послужить на пользу разведке врага. Ночью не разводить костров, а вблизи от противника не курить, не стучать, не подавать громких команд. Днем максимально сократить все передвижения, не оставлять следов, не протаптывать тропинок к огневым позициям, наблюдательным и командным пунктам. Короче: не показывать врагу демаскирующие признаки.

Несмотря на возросшие возможности наблюдения и обнаружения войск и боевой техники новейшими средствами — фотографированием с больших высот, радиолокаторами, теплопеленгаторами, инфракрасной техникой, — использование маскирующих свойств местности и технических средств маскировки не потеряло своего значения. Только теперь учитывают и возможности всех имеющихся у противника новых средств разведки.

Неисчерпаемы приемы и способы маскировки. Для инициативных и изобретательных воинов они предоставляют самые широкие возможности.

Сергей Монетчиков
Фото из архива автора
Братишка 05-2006

Искусство маскировки

Спектаклем «Зобеида» по театральной сказке Карло Гоцци режиссер Олег ДОЛИН открывает не только новую сценическую площадку — но и новую театральную эстетику для молодых артистов РАМТа. Техничные и скоростные, как танцоры чечетки, они актуализируют комедию дель арте в день сегодняшний и в метре от Театральной площади создают площадной театр. Правда, шумный фарс, свобода и легкость к финалу тоже окажутся масками.

Водосточные трубы, пожарные лестницы, ржавые скаты крыш. Нависающие на окнах пропеллеры кондиционеров и лоскут неба в угловатом периметре крохотного двора-колодца. О его существовании за железными воротами спешащим по Большой Дмитровке и невдомек. Служебный дворик Российского академического Молодежного театра, в который выходят двери цехов, актерского буфета и прачечной, и не мечтал, думается, превратиться однажды в итальянское патио, средь которого бродячие артисты комедии масок соорудят деревянный помост, протянут балку с холщовой тканью вместо кулисы и назначат быть сказке. 

Одна из 10 фьяб чудаковатого реформатора итальянской сцены Карло Гоцци «Зобеида» — текст нечастый не только в театре (по сравнению с  пьесой «Любовь к трем апельсинам», легендарной «Турнадот» или тем же «Король-Олень», который в РАМТе ставил Николай Рощин в 2002 году), но даже на просторах интернета. Тем паче интерес: без театрального шлейфа, что сделает режиссер со «сказочной трагедией» принцессы Зобеиды, которая в одночасье должна избавиться от иллюзий 39-дневной счастливой семейной жизни, признать в любимом муже Синадабе полигамного тирана-колдуна и спасти себя и мир вокруг от его козней.

Художник-постановщик Сергей ЯКУНИН создает иллюзию, что театр — это очень просто. Вот наклонный помост с задником-ширмой, вполне в традиции комедии дель арте, — для играющих. Вот лавка слева от него — для ожидающих своего выхода. Вот ряды стульев (раритет Центрального детского татра, кстати) почти вплотную к сцене — для смотрящих. И заодно для струнного квартета: он незаметно присядет с краю, почти сливаясь с публикой, и будет тихонечко наигрывать мелодии Баха,Люлли, Форэ. Спрятанные за ширмой артисты создают восьмируких чудищ, красные лепестки опадают символом смертельной раны, пар от кипятка на деревянном помосте окутывает облаком ужаса колдунов и злодеев. Тот род театральной магии, который из «коврика, палочки и артиста».

Белый воздушный шар едва раскачивается на ветру, загораясь изнутри то солнечным  закатом, то холодным лунным свечением. Ветер гуляет и в шумовой машине — сказочном агрегате из старого пианино,пристроившегося справа от помоста. Напоминая изобретение Шурика из фильма «Иван Васильевич меняет профессию», с оголенными деками, деревянными  трубками, медными барабанами, она отвечает за гром и молнии, за вой ветра и «звуки ада». И сам воздух вокруг двора превращается в один из инструментов шумовой машины: гомон пешеходов, рокот мотоциклов и музыка ближайших кафе так же естественно вплетаются в ткань спектакля, как шутки про Макдональдс и гендерное неравенство  — в текст Гоцци. Пространство мерцает фонарями и свечками, притаившимися под крышами, в проеме окон, на балках и гвоздях, «подсвечивая» рукотворность сценографии. И урбанистичный антураж двора усиливает ощущение хрупкости происходящего. Эта «Зобеида» — «…в чем-то белом, без причуд /в чем-то впрямь из тех материй / из которых хлопья шьют».

«Ооооооп!» — под возглас актерской труппы легко выпархивает  главная героиня (Полина ВИТОРГАН / Анастасия ВОЛЫНСКАЯ) в центр помоста. Единственная без маски — как и полагается влюбленным в комедии дель арте. Летящее белое платье, разлетающиеся пшеничные волосы. Вся — восторг и зефир, стрекочущая пылкими речами и веером, как бабочка крыльями о стекло. Но если образ Виторган (недавняя Снегурочка в спектакле того же режиссера) — и впрямь ангел чистой красоты, у которой все на этом свете впервые, то Зобеида Волынской играет в маску наивной влюбленной. Как бы зная скорый финал — и гибель отца, и разоблачение любимого, — вопреки верит в возможность хэппи-энда.

Олег Долин, ученик Сергея Женовача, во многом оставаясь верным традициям комедии масок, стилизует спектакль под Гоцци, как Гоцци стилизовал, литературно обрабатывал, дель арте в фьябу. При внешней легковесности формы и наивности содержания искушенным зрителям, знакомым с трудами Дживелегова, Бояджиева и Томашевского о народном итальянском театре, тоже есть чему удивляться.

Режиссер, оставляя имена традиционных масок, лишает их узнаваемого содержания. Так Бригелла и Труффальдино из болтливых пронырливых слуг (дзанни) превращены Синадабом в бессловесных рабов-чудищ. Из-за ширмы выползают огромные головы и дырявые клешни неведомых рептилий, созданные будто из поеденной молью папирусной бумаги — этакие трухлявые мумии динозавров. А роли дзанни делегированы маскам судьи-заики Тартальи и «венецианскому купцу» Панталоне. В пьесе они — министры Синадаба.

Более того, и сама маска, что закрывает лицо артиста, — в спектакле меняет свое назначение: не подчеркнуть характерность, индивидуальность социального типажа, а вовсе снивелировать человеческое начало. Длинные носы; глаза-букашки, вдавленные в череп / выпученные в приступе ужаса / косящие на одно веко; скукоженные лбы… Похожие друг на друга, нейтральные по цветам маски из папье-маше художника по костюмам Евгении ПАНФИЛОВОЙ призваны стереть с персонажа лицо как таковое и отдать его во власть звероподобной пластики на грани ужасающе смешного эмоционального гротеска.

В совокупности с накладными животами, плащами, головными уборами эти маски устраняют малейшую возможность узнавания артиста в роли. И, тем самым, усиливают в финале еще один «вау-эффект». На поклонах за маской храбрящегося воина-царевича Шемседина вдруг обнаружится хрупкая Виктория ТИХАНСКАЯ; а Александр ДЕВЯТЬЯРОВ и вовсе оказывается един в двух лицах, противоположных по темпераменту, — плавного и величавого царя Бедера, вступающего в сражение за освобождение дочерей (Зобеиды и Сале), и дерганно-меланхоличного Тартальи.

Апофеозом масочности и юмора в спектакле становится трио Синадаба и двух его министров. Царь Самандаля, превращающий каждую новую жену в корову на 40-й день, Синадаб Синадабыч в исполнении Михаила ШКЛОВСКОГО — помесь Джима Керри и старухи Шапокляк в лучшие ее годы. Выпученные глаза, острый длинный нос, язык, шныряющий из стороны в сторону, — Синадаб как змей-искуситель, стреляет взглядом и воздушными поцелуями в потенциальных невест из зала. Гаденькое такое вселенское зло, но обаятельное до жути!

Александр Девятьяров в роли Тартальи создает карикатуру на подобострастного чиновника как аттракцион актерских находок. От традиционной маски судьи-заики Девятьяров оставляет разве что логорею — патологическое пустословие. Министр, призванный «говорить только правду», низвергает на Синадаба такое количество лести, что в какой-то момент словарный запас иссякает, и он переходит на звукоподражание. В непреходящем испуге-полуприседе, с суетливыми мельтешащими руками передергивается всем телом, стуча коленями, как оркестровыми тарелками, и нервно почесывая ожиревшее тельце на тонких ножках. Сложно представить, что на такой скорости существует не анимация — человек. 

В замедленном контрасте с Тартальей, которого «не перетарталишь», — Александр ПАХОМОВ (Панталоне, Труффальдино). Второй министр, закованный в кокон необъятных толстинок, — существо пограничное между индюком и человеком. Он подает человеческий голос лишь в юмористическом «баттле» с Тартальей за похвалу Синадаба: в ход идут анекдоты, социальная сатира о пенсионной реформе и платных парковках. Это те самые лации, которые по законам импровизации меняются от спектакля к спектаклю.

В интеллектуально-разговорном репертуаре РАМТа открытая игровая стихия комедии дель арте для актеров — марафонский забег, потребовавший примерно годовой подготовки. Осваивали, в первую очередь, технику физического существования: подача реплик в зал, в профиль к партнеру; гипертрофированная пластика, превращающая в маску все тело;  плотная ткань одновременных жестов и речи. Актеры в этом спектакле похожи на спортсменов перед прыжком: предельная собранность без нажима, точность движений в жестком рисунке мизансцен. Упругость дикции — даже в огромном темпе. Четкость и упругость ритма спектакля, ни на минуту не отпускающего внимание взятой в плотное кольцо событий публики. Свобода внешняя, свобода эффектов и импровизаций рождается от строго организованной внутренней структуры спектакля. То, что кажется зрителям полетом и азартом, — дело чеканной техники, маска свободы.

Небо в многоугольнике двора меняет цвет (спектакль заканчивается с закатом). И едва заметно, трепетно и бесшумно, всплывают в черных окнах второго этажа под музыку Монтеверди белые фигуры артистов со свечами. Будто отлетает от помоста искрами театральное волшебство, примиряя шкварчащую прозой жизни Дмитровку с поэзией XVIII века. Монументальную Театральную площадь — с наивностью и простотой площадного театра.

Сказка в спектакле Олега Долина тоже оказывается маской, за ней — трагедия не победившей любви. Спасшей себя и всех от злодея, но не спасшейся от одиночества Зобеиды. В финальном параде масок — все по парам, кроме нее. Актриса долгим взглядом в зал бережет тишину, давая последней фразе спектакля пожить чуть дольше, чем она отзвучала. Чтобы выиграть время, спуститься в память зрителя и остаться там надолго красивым снимком. За воротами Театрального двора скроются зрители, стихнет шумовой оркестр, а Зобеида, кажется, так и останется сидеть на деревянном помосте, встречая новорожденные звезды под крики чаек (они, откуда ни возьмись, порой пролетают над этой местностью). 
Словно зная о скоротечности своей жизни (показы только в теплый сезон), спектакль РАМТа несется на публику, сломя голову, как повозка комедийных мастеров от одной итальянской площади к другой. Спешит наиграться, начувствоваться, насмотреться. Спешит нажиться — к тому же призывая и зрителя.

Военная хитрость России: от Куликова поля до Крыма

  • Люси Эш
  • Би-би-си

Автор фото, BBC World Service

Аннексия Крыма Россией застала почти всех на Западе врасплох. Российские военные умело скрывали своё присутствие в Крыму — при этом «зеленые человечки» стали классическим примером российского искусства военной маскировки.

Я встречаюсь с генерал-майором Александром Владимировым в стенах военного училища на южной окраине Москвы. Он торжествующе грохает на стол два толстенных тома в красных обложках. «Это моя книга — «Теория войны», — говорит он с гордостью — Она в три раза длиннее «Войны и мира» Льва Толстого!».

Владимиров, вице-президент российской Коллегии военных экспертов и кандитат политических наук, является признанным авторитетом в теории маскировки, которая лежит в основе российской военной стратегии.

«Как только человек родился, как только он стал воевать за свое будущее, как только он стал охотиться, чтобы прокормить себя и свою семью, он был вынужден применяться к местности, раскрашивать себя в разные краски, чтобы быть не так заметным и чтобы его не съел тигр до того, как человек его убьет. И поэтому он начал наносить на себя всякие маскировочные узоры, одеваться под цвет местности, иметь ту же раскраску. С тех пор маскировка является частью жизнедеятельности человека практически во всех сферах существования. Поэтому можно сказать совершенно четко, что история человечества может быть представлена как история обмана».

Владимиров широко цитирует римского полководца Секста Юлия Фронтина и древнекитайского философа Сюнь Цзи, который называл войну вечной тропой обмана.

Но именно в России, замечает он с нескрываемой гордостью, искусство маскировки совершенствовалось в течение столетий.

«Вы знате, что одна из великих битв прошлого – это битва на Куликовском поле в 1380 году. На этом поле сошлось приблизительно 100-150 тысяч татаро-монгольских войск, которыми руководил Мамай, и где-то 50-80 тысяч русских воинов, которыми руководил Дмитрий Донской. Кроме нескольких князей, все остальные туда прислали свои войска. Это было впервые – такое объединение, общерусское зачинье, поэтому не князь против Мамая воевал, а Россия против Орды. Эта битва была очень жестокой и победили в ней русские, потому что боевой порядок русских войск включал засадный полк, который был скрыт в дубраве. Там, кроме князя Владимира, который руководил этим полком, был еще и опытный военачальник Бобрук Волынский. Когда стали побеждать Мамая, князь хотел ввести и свой полк, но Бобрук сказал, что еще рано, и вот когда войска Мамая вклинились в центр боевого порядка русской армии и когда фланги русской армии охватили основной боевой порядок татар, вот тогда по тылу и флангу Мамая ударил этот запасный полк. Таким образом, это был неожиданно сильный удар, который никто не ожидал. Все побежали, Мамай сбежал. В этой битве погибло около 40 тысяч русских и почти все, около 100 тысяч татар».

Но это было только началом. Владимиров с готовностью перечисляет более недавние примеры исторических сражений, в которых русские побеждали врагов благодаря хитрости и ловкости.

К ним относится Ясско-Кишиневская операция в августе 1944 года, в ходе которой советские войска ввели в заблуждение германское командование путем имитаций концентраций войск и танков.

Автор фото, BBC World Service

Подпись к фото,

Вторая мировая: операция «Багратион» вошла в историю умелым применением маскировки на фронтовом уровне

А еще до этого в ходе операции «Багратион» в Белоруссии по немецким войскам был нанесен сокрушительный удар.

«Тогда стало ясным, что стратегическое мастерство советских военачальников стало выше, чем у немцев — говорит Владимиров. — Наши генералы решили нанести удар не там, где удобнее, не по дорогам, а в обход, через болота. Это позволило им выйти в тыл немцев. На протяжении всей операции «Багратион» были предприняты грандиозные маскировочные оперативные меры, в которой участвовали тысячи танков и солдат. После этого война была практически выиграна».

Из 117 дивизий и шести бригад, которым имели немцы, половина была разгромлена, а остальные потеряли половину своего боевого состава, то есть полмиллиона человек.

Сюрприз является ключевым компонентом маскировки, и российские силы, которые оккупировали Крым в феврале прошлого года, умело воспользовались им.

Петр Шеломовский, российский фотожурналист, находился в Крыму, когда там появились первые «зеленые человечки». Он примчался в Крым сразу после бегства из Украины президента Януковича и уже 24 февраля стал свидетелем того, как местные активисты из пророссийских движений строили первую баррикаду на площади в Симферополе перед зданием парламента.

«Они стали пить чай и устраиваться на ночлег. Некоторым журналистам, включая меня, было позволено делать снимки, и казалось, что ночь пройдет спокойно», — рассказывает Шеломовский.

Но уже на рассвете на площадь прибыли военные грузовики без опознавательных знаков с вооруженными людьми.

«Они велели этим демонстрантам лечь на землю лицом вниз, а потом только разобрались, что это их сторонники, — рассказывает Шеломовский. — Потом активистов заставили таскать ящики с патронами в здание парламента».

Об этом ему рассказали сами активисты на следующее утро. «Они сами толком не понимали, что происходит», — говорит журналист.

Это и было первым появлением так называемых «зеленых человечков», названных так по цвету их камуфляжной формы.

Автор фото, BBC World Service

Подпись к фото,

Путин признал, что российские войска участвовали в оккупации Крыма, уже не было необходимости лгать — маскировка удалась

«Теперь мы знаем, что это был российский спецназ, — говорит Шеломовский. — Но в то время об этом никто не говорил».

Отрицание очевидного является еще одним важнейшим элементом искусства маскировки. Спустя несколько дней в ходе пресс-конференции президент Путин хладнокровно отвечал на неудобные вопросы о присутствии российских солдат в Крыму:

«А вы посмотрите на постсоветское пространство. Там полно формы, которая похожа на форму… Пойдите в магазин у нас, и вы купите там любую форму» — заявил тогда российский президент.

Автор фото, BBC World Service

Подпись к фото,

В мае Владимир Путин прибыл в Севастополь, где объявил в вхождении Крыма в состав России

Спустя месяц, когда Дума проштемпелевала решение о присоединении Крыма к Российской Федерации, Путин признал, что российские войска участвовали в оккупации Крыма. К тому времени ему уже не было необходимости лгать. Маскировка удалась.

Генерал-майор Гордон «Скип» Дэвис, отвечающий за оперативное планирование и разведку в штаб-квартире НАТО в Брюсселе, признает, что ему и его коллегам пришлось потратить какое-то время на то, чтобы правильно оценить размер и масштабы российской интервенции в Крыму, сам факт которой упорно отрицался российскими представителями.

Но если для НАТО события в Крыму стали неожиданностью, историк и журналистка Энн Эпплбаум встретила их иначе.

«Я сразу поняла, что происходит, потому что эти события очень напоминали 1945 год», — говорит она.

«Когда началась операция по аннексии Крыма, у меня возникло странное ощущение «дежа вю»: ведь именно так после войны НКВД разогнало правительство Польши и поставило у власти коммунистов. Тогда тоже создавались фальшивые партии и организации, о которых раньше никто не слышал, с фальшивыми политическими программами, которые доставались как из коробки. Это была игра в кривые зеркала».

После захвата Крыма началась война на востоке Украины. Российская пропаганда неустанно твердит, что российские войска в ней не участвуют, что воюют там исключительно местные патриоты-ополченцы.

Но свидетельства вмешательства Москвы в конфликт в Донбассе умножаются с каждым днем — к их числу относятся данные о растущем числе погибших российских солдат.

В августе российское телевидение вело ежедневные репортажи о первой автоколонне с гуманитарной помощью, которая отправлялась в район боев на востоке Украины. Многие тогда высказывали сомнения в том, что именно будет погружено в эти белые автофуры. К тому времени НАТО уже располагало массой разведданных о пересечении границы российскими артиллерийскими и зенитными подразделениями.

Генерал-майор Дэвис называет эту первую гуманитарную автоколонну «замечательным примером маскировки», поскольку она отвлекла внимание от реально происходившего в то время в зоне конфликта.

Автор фото, BBC World Service

Подпись к фото,

«Гумконвой» в Донбасс стал классическим примером успешной операции по дезинформации

Тележурналисты пристально следили за передвижениями автоколонны, пытаясь выяснить, что на самом деле было укрыто в кузовах армейских грузовиков, поспешно перекрашенных в белый цвет. Все внимание было привлечено к вопросу, разрешат ли украинские власти пересечь им границу.

«Все это время на других пунктах по переходу границы, которые находились под российским, а не украинским контролем, шла интенсивная переброска военной техники и войск», — говорит генерал. Он считает историю с «гумконвоем» классической операцией по отвлечению внимания противника и дезинформации.

Эта операция достигла цели, сбив с толку западных наблюдателей и журналистов. Причем осуществлялась она с активным участием российских средств информации.

Украинский писатель Андрей Курков говорит, что его не перестает удивлять неистощимая фантазия российских журналистов. Речь, в частности, идет о печально знаменитой истории с якобы распятым украинцами трехлетним русским мальчиком в Славянске.

Первое телевизионное сообщение об этом до сих пор можно найти в интернете. Белокурая женщина прерывающимся от волнения голосом рассказывает российскому репортеру о том, как трехлетнего мальчика прибили гвоздями к деревянному щиту для объявлений на глазах у его матери за то, что тот говорил по-русски. По ее словам, после смерти мальчика его мать привязали к танку и потащили по улицам. Женщина говорит, что рискует жизнью, но хочет защитить детей от украинских солдат, которые ведут себя как звери и фашисты.

«Эта женщина говорит, что сама видела все это в Славянске, — замечает Курков. — Но затем она называет площадь, на которой все это якобы случилось, а такой площади в Славянске просто нет».

Позднее выяснилось, что всё это было выдумкой. Женщина, которая рассказывала о якобы виденных ею ужасах, известна местной милиции частыми ложными сообщениями, а ее собственные родители рассказали, что ей заплатили за участие в репортаже.

Элементы маскировки

Автор фото, BBC World Service

  • Неожиданность
  • Камуфляж
  • Демонстративные маневры
  • Сокрытие
  • Имитация
  • Дезинформация

Российское телевидение и социальные сети переполнены сходными сообщениями. Группа киевских студентов-журналистов создала сайт, где они разоблачают подобные попытки дезинформации, в которых часто искусно смешивается ложь с реальными фактами.

Петр Померанцев, который несколько лет работал в России, участвуя в съемках документальных фильмов и реалити-шоу на российском телевидении, считает, что российские каналы массовой информации не просто искажают то, что на самом деле происходит на Украине, они развращают телезрителей, насаждая среди них нигилизм и аморализм.

«Российская стратегия в пропаганде и внутри страны и за ее пределами состоит в том, чтобы доказать, что правды не существует», — говорит Померанцев.

«Постоянно звучат такие высказывания — «да, мы плохие, но и американцы тоже плохие, и вообще — все плохие, так что плохого в том, что у нас есть коррупция. Наша демократия — это обман, но и их демократия — тоже обман».

«Такого рода цинизм находит немалый отклик на Западе в наши дни, особенно когда многие утратили веру в себя после войны в Ираке, после финансового кризиса. Именно на это русские и рассчитывают — они стремятся использовать этот цинизм в целях стратегической дезинформации».

Разумеется, все страны используют оружие дезинформации. Еще Черчилль говорил: «В военное время правда столь драгоценна, что ее должны охранять караулы лжи».

Американцы обозначают эту стратегию тремя буквами CC&D (concealment, camouflage and deception — сокрытие, камуфляж и обман).

Однако чем отличается российская кампания дезинформации от этих известных приемов? Генерал-майор Дэвис считает, что западные военные источники не всегда дают полную информацию, но они никогда не врут в глаза.

«Мы говорим о разнице между неподтверждением информации и откровенной ложью типа заявлений о том, что «нет, это не наши силы, мы не проводим интервенции», — говорит он.

Но как быть с той ложной информацией, которая побудила США и Британию решиться на вторжение в Ираке? Мало кто сомневается теперь, что данные об оружии массового поражения были ложными.

Отвечая на этот вопрос, Дэвис указывает, что маскировка и дезинформация превратились из военной тактики в общегосударственную политику в России.

«Я считаю, что существует связь между тем, что начиналось в форме военной доктрины, и тем, что превратилось сейчас в государственную политику, и эта связь пронизывает все уровни государственного управления, которые применяют принципы дезинформации», — говорит генерал.

Для многих соседей России эта политика лжи и маскировки не является ничем новым. Десять лет назад Андрей Курков предсказал нынешние события на Украине в романе «Последняя любовь президента». Он пишет по-русски и большая часть его книг продается в России, но этот роман был конфискован российской таможней на границе.

Автор фото, BBC World Service

Подпись к фото,

Десять лет назад Андрей Курков предсказал нынешние события на Украине в романе «Последняя любовь президента»

«Путин в этой книге — один из главных персонажей, — рассказывает Курков. — Он обещает украинскому президенту, что аннексирует Крым и перекроет поставки газа, и вообще в книге говорится о многом, что позднее стало реальностью, и именно поэтому книгу в России запретили».

Я задаю ему вопрос: каким образом ему удалось так точно предсказать события?

«На самом деле, это нетрудно, — ответил он, — если вы живете в мире, который не отличается особой логикой, в котором торжествует логика абсурда, а участники событий не меняются».

Радиорепортаж Люси Эш «Маскировка или искусство русской дезинформации» передавался на английском языке по четвертому радиоканалу Би-би-си.

Кронштадтский вестник » Искусство маскировки

Подводные лодки полностью сливаются с неровными очертаниями берегов, становясь их продолжением. Через палубу корабля, как ни в чём ни бывало, проходит извилистая просёлочная дорога и упирается в бутафорский дощатый фасад. Суровые декорации войны. Единственная возможность дезориентировать врага и спасти стратегически важные объекты от воздушных бомбардировок.

Маскировкой в годы Великой Отечественной войны занимались преимущественно профессиональные художники. Среди них – выпускник архитектурного факультета Академии художеств Борис Александрович Смирнов. Едва пережив блокадную зиму 1941-42 годов, он приступает к работе в маскировочной лаборатории Штаба КБФ. В семейном архиве хранятся редкие документы военных лет: «Удостоверение, выданное художнику-архитектору т. Смирнову Б. А. в том, что ему поручено по заданию Штаба КБФ произвести подбор и ознакомление с материалом по вопросу маскировки кораблей» и «пропуск на право прохода по городу Ленинграду с 22 часов вечера до 5 часов утра». Впрочем, главной «привилегией» инженер-капитана Смирнова было официальное разрешение на фотосъёмку.
В мае-июне 1942-го Борис Александрович изучает военные архивы, организует курсы для командиров кораблей КБФ. Маскировка – сложное искусство, уже в Первую мировую дело не ограничивалось одной лишь маскировочной сеткой. Офицер британского флота Норман Уилкинсон «декорировал» корабли многоцветными абстракциями в духе кубизма, красил их ассиметричными полосами. «Живопись» Уилкинсона в какой-то мере защищала от торпед, запускаемых с подлодок, но стала совершенно бесполезна с появлением эффективной авиации.
В блокадном Ленинграде для маскировки военных и гражданских объектов использовался весь арсенал доступных средств. На крышах действующих предприятий – фабрик и заводов – возводили фанерные города – обманки. С большой высоты они, действительно, напоминали жилые районы. В этой связи примечательна история с крейсером «Киров». Он стоял на Неве, накрытый маскировочной сеткой, а неподалеку от него, у Дома учёных, располагался тщательно замаскированный сухогруз – дублёр, который и подвергался яростным атакам с воздуха.
Лаборатория Штаба КБФ работала в Ленинграде, Кронштадте, Ленобласти. При участии Бориса Александровича Смирнова были замаскированы линкор «Октябрьская революция», крейсер «Максим Горький», лидер эскадренных миноносцев «Минск», эсминцы «Грозящий» и «Опытный», канонерская лодка «Красное Знамя», многочисленные катера, тральщики, подводные лодки.

Специалисты знали, что немецкие самолёты-разведчики распознают маскировочную сеть по наличию в ней ненастоящих или увядших растений. Учёные-ботаники разработали технологию консервирования срезанных ветвей и даже срубленных деревьев, благодаря которой растения долго сохраняли естественный цвет. В деле маскировки также нельзя было использовать обычную краску, нужна была специальная, недешифруемая. Её производство наладили на ленинградском химическом заводе. Разработка колеров камуфляжных красок осуществлялась под руководством Бориса Александровича Смирнова.
Художник любил вспоминать историю, связанную с эсминцем «Опытный». Корабль стоял у причала сталелитейного завода «Большевик». В маскировочной лаборатории было принято решение замаскировать и эсминец, и завод под единый жилой квартал. С этой целью построили бутафорскую улицу: она пересекала проспект Обуховской Обороны, территорию завода и сам корабль. Занимаясь маскировкой, Борис Александрович демонстрировал неординарность художественного мышления. Использовал неожиданные, иногда совершенно парадоксальные решения, смело оперировал различными материалами, превращая военные корабли в своеобразные арт-объекты.
В июне 1945 года Борис Александрович Смирнов был направлен Штабом Балтийского флота в командировку по изучению методов германской маскировки. Он исследовал военные объекты на побережье Балтийского моря – в районах Пруссии, Померании, Мекленбурга, острова Рюген. Составил подробный отчёт, с фотографиями и зарисовками. Первая реакция на эти материалы – удивление: многие из них долгие годы хранятся в архивах под грифом секретности.

Нина Филюта

Борис Александрович Смирнов (1903-1986)

Заслуженный художник РСФСР, архитектор, график, дизайнер, иллюстратор, фотограф, основатель отечественной школы художественного стекла, классик прикладного искусства. В годы Великой Отечественной войны возглавлял маскировочную лабораторию Штаба КБФ, награждён Орденом Отечественной войны II степени.

План-рисунок маскировки военного корабля.
В левом верхнем углу надпись:
«На плотах положены листы ржавого железа и железные конструкции,
над командными постройками – домик из досок». Исполнил Н. Петров.
Утвердил военный инженер 2-го ранга Тупицин. 1942 год

При маскировке использовал неожиданные,
иногда совершенно парадоксальные решения

ИСКУССТВО ЗАДАЧИ | Секреты шпиона Подкаст

Настоящие шпионы Эпизод 7: Искусство маскировки

РАССКАЗЧИК: Это Настоящие шпионы Эпизод 7: Искусство маскировки. Какое оружие у шпиона самое эффективное? Кинжал в ножнах? Их пистолет? Зонт с отравленным наконечником? Может, дрон какой-то? Или это просто их лицо и их способность изменить его, изменить облик и стать кем-то другим?

JONNA MENDEZ: Есть так много причин использовать маскировку, и мы смогли предоставить им все необходимое. Это может быть доступ к тайному месту в тылу врага. Было так много способов, как это могло сработать для вас. Но первое и самое важное — это то, что это может сделать вас одним из них, а не одним из нас.

РАССКАЗЧИК: Или ускользнуть от потенциального убийцы, который сканирует толпу в поисках вашего лица.

ДЖОННА МЕНДЕС: Хорошо. Он уставился на меня. Это было похоже на лазер. Этот электрический ток прошел через меня, и я как бы замерз. Я никогда в жизни не был так близок к настоящему злу, и это была потрясающая сила, которую оно несло.В тех ситуациях маскировка действительно стала формой бронежилета.

РАССКАЗЧИК: Или как насчет того, чтобы подойти достаточно близко к своей цели, чтобы можно было определить, собираетесь ли вы попасть в ловушку?

JONNA MENDEZ: Но его цель была в том, чтобы зайти в этот отель, увидеть этого парня и оценить его. Террорист сообщил, что располагал информацией о готовящемся угоне американского самолета. Вы не можете игнорировать такое предложение. Вы должны встретить человека. Но это был действительно плохой парень.У этого человека был послужной список. Он совершил ужасные вещи. Все, что ему нужно, — это примерно 10-15 секунд, чтобы принять решение.

РАССКАЗЧИК: Чтобы иметь возможность выполнять такие маневры, вы должны уметь полагаться на часто недооцениваемый аспект шпионажа: его артистичность.

JONNA MENDEZ: Мы можем изменить что угодно. Мы могли бы изменить вашу национальность. Мы могли бы изменить твой пол. Мы можем сделать вам все, что вам нужно, чтобы быть в группе, на которую вы нацелены, и вы все равно будете в безопасности.И если бы у нас этого не было, мы бы это сделали. Мы могли сделать так много вещей, замаскировавшись. Мы могли создать иллюзию или сбить с толку … как фокусник.

РАССКАЗЧИК: И есть одна женщина, которая овладела этим искусством.

ДЖОННА МЕНДЕС: Меня зовут Джонна Мендес. Я бывший начальник отдела маскировки в ЦРУ.

РАССКАЗЧИК: Это история женщины, которая помогла шпионам исчезнуть. Но чтобы понять, как она это сделала — и как это чуть не стоило ей жизни — мы должны вернуться в то время, когда Йонна была больше сосредоточена на съемке изображений, чем на их изменении.

JONNA MENDEZ: Начало моей карьеры не было скрытым. Это была фотография. Забудьте любые образы серых офисных кабинок, которые у вас могут быть. Это часть ЦРУ, полная творчества и инноваций.

JONNA MENDEZ: Это называлось OTS.

РАССКАЗЧИК: Это Управление технической службы, часть Управления науки и технологий ЦРУ.

ДЖОННА МЕНДЕС: Это было настолько близко к Миссия невыполнима или Q, насколько вы могли получить и не быть в Голливуде.

РАССКАЗЧИК: И именно здесь ЦРУ изобретает.

ДЖОННА МЕНДЕС: Мы были гаджетами в ЦРУ. Мы были техническими специалистами, которые предоставили вам все необходимое для вашей работы. Вы бы пришли к нам, если бы захотели фотоаппарат, который поместился бы в пишущую ручку; если вам нужна маскировка; если вам понадобились фальшивые документы.У нас были невероятные ресурсы.

РАССКАЗЧИК: Звучит как довольно волшебное место, не так ли? Что ж, это так.

ДЖОННА МЕНДЕС: Волшебное королевство было частью ОТС. Волшебное королевство находилось на другом конце зала. Волшебное королевство было тогда, когда цифровая среда начала оживать. И это была возможность перемещать документы в цифровом виде по всему миру. Я имею в виду, потрясающие документы — я не хочу говорить о подделках, ЦРУ не любит подделок.Собственно, и подделки не любят. Итак, скажем так, копии документов. Возникла новая грань. Вы можете подписать что-нибудь, пока вы были в Европе, и отправить это нам, и это сработает для нас. Это было волшебное королевство. Это действительно было волшебство.

РАССКАЗЧИК: Но Йонны не было в волшебном королевстве документов. Ее отдел занимался картинками. Она начала работать секретарем и быстро получила повышение.

JONNA MENDEZ: Мне было скучно, поэтому я сказал своему начальнику, другу — он знал, что мне скучно, — я сказал: «Думаю, я хочу работать в Смитсоновском институте.«Я мог видеть это из своего окна. Знаете, я начал думать:« Раньше я думал, что хочу быть художником. Меня всегда тянуло к искусству ».

РАССКАЗЧИК: Смитсоновский институт — крупнейший музей в стране, через дорогу от офиса ЦРУ Йонны в округе Колумбия.

ДЖОННА МЕНДЕС: Я сказал: «Мне кажется, что там есть работа, которую я действительно могу вонзить зубы, что-то существенное, что я мог бы чувствовать больше так, как будто я что-то изменяю ».

РАССКАЗЧИК: Итак, начальник Йонны предложил ей «кое-что существенное» в оперативной части дела, сделав и проявив фотографии для ЦРУ.

ДЖОННА МЕНДЕС: И я сказал: «Хорошо, знаете что? Я просто могу остаться. И я всегда говорил своим коллегам, что это был первый день работы в ЦРУ. На мой взгляд, именно тогда я возвращаюсь к нему. На тот момент я был там около пяти лет. Я остался 27 лет.

РАССКАЗЧИК: Работа Йонны в области подпольной фотографии имела место в разгар эпохи холодной войны, задолго до появления цифровых фотографий. Камеры были большими, громоздкими, тяжелыми кусками металла, позволяющими снимать изображения на фотопленке.Но если бы вы были шпионом ЦРУ…

ДЖОННА МЕНДЕС: Здесь использовались действительно маленькие камеры — миниатюрные камеры, как мы их называли — наши собственные уникальные камеры, которые есть только у нас. Это называется «тройка». Это была сверхминиатюрная камера. Он был настолько маленьким, что его можно было положить в авторучку. Можно было вставить в брелок. Вы можете сделать 100 снимков. Внутри была кассета с пленкой. И на этой кассете с пленкой было 100 черных точек, и каждая точка была страницей текста. И загрузка пленки, и проявка этой пленки, и печать этой пленки были искусством.Но в качестве инструмента во время холодной войны эти камеры стояли плечом к плечу с любой спутниковой системой.

РАССКАЗЧИК: Но суть работы Джонны заключалась не только в мастерстве шпионских технологий. Это тоже была причина.

JONNA MENDEZ: Еще одна вещь, которая удерживала меня в этом, заключалась в том, что, с моей точки зрения, почти все, что мы делали, защищало иностранных офицеров, которые работали с американскими оперативными сотрудниками, и во многих случаях дела, удерживая их от ареста, а в Москве — от казни.

РАССКАЗЧИК: Выполняя опасные международные задания с другими шпионами, вы формируете уникальную связь.

JONNA MENDEZ: В офисах, в которых я работал, всегда царило чувство товарищества, и между некоторыми офицерами в этой группе всегда было такое негласное понимание. Я имею в виду, вы бы работали со всеми из них, но были некоторые из них, которым вы были бы особенно рады, если бы они собирались сопровождать вас — или вы собирались сопровождать их — в экспедиции, потому что вы знали, что они возьмут все мера, которая вам абсолютно необходима.Ставки были высоки. Иногда это была жизнь или смерть.

РАССКАЗЧИК: Не только реальная цель работы Джонны, но и реальное давление.

JONNA MENDEZ: Все, что вы делаете, вы делаете очень и очень осторожно. Вы постоянно себя перепроверяете. Вы напоминаете себе, когда проявляете пленку, полученную от иностранного агента, например, вы напоминаете себе в темной комнате, что человек, сделавший эти фотографии, пошел на огромный риск для себя, может быть, для своей семьи, чтобы получить это. информация к вам.Потому что, когда он сфотографировал секретные документы, это только начало. Теперь он должен сообщить их вам, и именно в этом заключается большая опасность — передать эту информацию от него к нам. В этом случае он дает нам, скажем, рулон пленки, но, чтобы получить этот рулон, он не может просто подойти к нам и передать его нам. Он должен как-то скрыть фильм. Может, он куда-то кладет. Может, он кладет его за бачок унитаза, а я в пабе, и тогда американский оперативник знает, где он будет.Он входит, поднимает это и все такое. Все это чревато опасностями. Это уменьшало опасность и обезопасило всех. Это был постоянный вызов.

РАССКАЗЧИК: И, конечно же, иногда эти высокие ставки означали, что дела шли плохо с самыми ужасными последствиями.

ДЖОННА МЕНДЕС: О да. Я ошибся в Москве. Несколько раз все шло не так. Значит, наши агенты каким-то образом были обнаружены, арестованы. Их отправили на показательные процессы, и каждого из них казнили.Сегодня есть люди, которые говорят: «О нет, русские не казнят людей. Их просто сажают в Сибирь или запирают навсегда ». Но это неправда. Они должны и продолжают казнить людей, которые являются занозой для этой администрации. И для нас, когда мы потеряем одного из этих агентов, мы не обязательно сразу узнаем, почему. Мы бы знали только следующее: «Боже мой, они арестовали известного агента по имени Трикон. Он ушел. Он не отвечает. Его арестовали ». А потом была бы статья, которая побудила бы нас сказать: «Нет, трейдер, такой-то, арестован.Ему предстоит суд. А потом объявили о казни, а вы сидели в штаб-квартире ЦРУ и думали: «Я где-то ошибся? Есть ли что-то, что я мог сделать, что привело к этому? »

РАССКАЗЧИК: Можете ли вы представить, что было бы для такого молодого агента, как Йонна, который работал бы со страстью художника к фотографии, но с пониманием того, что любая ошибка может привести к гибели ваших коллег? Об этом важно помнить о шпионаже.Это не просто игра, это прогулка в чужой стране. Это жизнь и смерть. Это ответственность, которая ложится на вас как на сотрудника ЦРУ. И, как выяснила Йонна, на кону стояли не только жизни других людей. Однажды, скоро, это будет и ее. Что бы вы при этом почувствовали?

ДЖОННА МЕНДЕС: Вы бы вечно носили такие вещи в затылке. Каждый раз, когда вы теряете один — каждый раз, когда это действительно плохо, — у вас будет много проблем с тем, чтобы заснуть на какое-то время.

РАССКАЗЧИК: Несмотря на это, Йонна заработала внушительную репутацию своей подпольной фотографией.

JONNA MENDEZ: Когда я работал секретным сотрудником по фотооперациям, я путешествовал по всему миру, обучая самых разных людей тому, как использовать очень маленькие уникальные камеры в уникальных маскирующих устройствах для сбора разведданных для Соединенных Штатов. правительство. Мне все в нем нравилось, и у меня это очень хорошо получалось.

РАССКАЗЧИК: Но она там не закончила.И одно конкретное задание изменило ход ее карьеры.

JONNA MENDEZ: Однажды летом я совершил поездку на то, что я вынужден называть «субконтинентом», и это была новая область для меня.

РАССКАЗЧИК: Многое из того, что вы собираетесь услышать, еще не рассекречено полностью, поэтому «субконтинент» настолько конкретен, насколько может быть здесь Джонна. Но подумайте об Индии, Пакистане, об этом регионе мира.

ДЖОННА МЕНДЕС: Я помню, что нянчила начальника отделения станции.Вошел мужчина, сел на диван и подождал — я не знаю — минут пять или шесть. Начальник станции вышел и провел его в свой кабинет. Я заметил, что это был афроамериканец, и я подумал про себя: «У нас здесь нет афроамериканца в штате, и я знаю всех в этом здании. Интересно, кем был этот человек? » Оказывается, это был переодетый один из наших офицеров ОТС. Это был кавказский офицер. Теперь он был замаскирован под афроамериканца, и это было так хорошо сделано.Это был первый вид звонка. Я подумал: «Это интересно. Это действительно интересно ».

РАССКАЗЧИК: Не только это откровение захватило воображение Джонны. Это тоже был регион субконтинента.

JONNA MENDEZ: Я была так поражена культурой — всем, едой, тканями, музыкой, искусством — что я вернулась в Вашингтон и пошла поговорить со своим консультантом по вопросам карьеры. Я сказал: «Я хотел бы получить там задание.Я бы хотел там жить, и это было бы моей домашней базой ». И консультант посмотрел и сказал: «К сожалению, у вас нет возможности сфотографироваться. Предстоит работа по маскировке. Вы могли бы поговорить с ними ».

РАССКАЗЧИК: Это был новый путь Джоанны.

ДЖОННА МЕНДЕС: Я так и сделал. Я изменил свой карьерный путь. У меня была репутация специалиста по фотооперациям. У меня была история. Мне было очень комфортно, и я подумал, что есть что-то привлекательное в том, чтобы полностью перейти на новую категорию работы.Я думал, что смогу сделать это, чтобы посмотреть, смогу ли я добраться до того места, куда я хотел пойти одновременно. Знаешь, по выходным и по вечерам я буду делать, если нужно. Я хочу пойти туда в качестве офицера маскировки, обладающего еще одним совершенным навыком, помимо фотографии. Таким образом, они получили бы две дисциплины с одним человеком, что, когда вы за границей, это очень полезно. Так мы и сделали. Я прошел интенсивную подготовку, и в итоге я пошел туда в качестве офицера маскировки. Это была моя первая маскировка.

РАССКАЗЧИК: И без какого-либо ощущения опасности, которую могут повлечь за собой ее будущие миссии, Йонна приняла это сочетание артистизма и технологий.

JONNA MENDEZ: Есть так много причин использовать маскировку. Каждый раз кто-нибудь заходил в мой офис и говорил: «Мне нужна маскировка». Во-первых, вы бросаете им вызов: «Правда? Каков ваш сценарий? Какая у вас ситуация? Зачем тебе маскировка? » Их могут беспокоить случайные наблюдатели на публике. Их могут беспокоить наблюдательные посты или стационарное наблюдение в конкретном городе. Они могут захотеть обмануть человека, с которым они встречаются, или местных полицейских, или местных политиков.Они могут захотеть смешаться с группой или населением, отличным от нашего. Они могут захотеть создать двойника известного человека. Было всего 100 причин, по которым наша работа заключалась в том, чтобы сделать то, что мы назвали «определением требований», и убедиться, что маскировка достигнет своей цели. Может, им не нужна была маскировка. Может, им нужно было что-то еще. Но если это была маскировка, мы могли предоставить им все необходимое. И если бы у нас этого не было, мы бы это сделали. Мы могли сделать так много вещей, замаскировавшись.Мы могли создать иллюзию или сбить с толку … как фокусник. Мы могли быстро изменить их личность, а затем быстро вернуть обратно. Это могло быть временным или постоянным. Они могли сделать это сами, без зеркал, без посторонней помощи. Он был просто настежь.

РАССКАЗЧИК: Но в конце 70-х не все в ЦРУ разделяли такое же благоговение перед маскировкой.

ДЖОННА МЕНДЕС: Я должен сказать, что вначале большинство мужчин были склонны не использовать маскировку.В основном, мужчинам не нравится маскировка. Они не хотят надевать парик. Они не хотят усы ставить. Если это военный, сопротивление еще сильнее. А если бы в наш офис вошел морской пехотинец США, мы бы все пошли на обед, потому что этого не было.

РАССКАЗЧИК: Все, что изменилось в 1980-х, когда мир контрразведки был вынужден осознавать важность возможности изменить свою личность.

ДЖОННА МЕНДЕС: Это было рано.Затем ЦРУ начало атаковать новые цели, первой из которых стали террористы. Это была совершенно другая группа людей с разными методами. Уровень опасности увеличивался в геометрической прогрессии с этими террористами, которые хотели бы застрелить вас, если бы они могли просто найти вас. А затем последовали цели, связанные с наркотиками, которые представляли собой еще одну не менее опасную группу людей — опасность по-разному, в другой географии. Но внезапно мы перестали искать людей на дипломатических коктейльных вечеринках.Мы были на некоторых улицах, в некоторых городах и в некоторых ситуациях, где это было совершенно опасно. И в таких ситуациях маскировка могла стать — и действительно стала — формой бронежилета. И было так много способов, как это могло сработать для вас. Но во-первых — и это самое главное — это может сделать вас одним из них, а не одним из нас. Может превратить вас в земляка. Мы могли изменить что угодно. Мы могли бы изменить вашу национальность. Мы могли бы изменить твой пол. Мы могли бы сделать вам все, что вам нужно, чтобы быть в группе, на которую вы нацелены, и вы все равно будете в безопасности.И тогда наши люди были очень счастливы, что им доступна маскировка, куда бы они ни пошли.

РАССКАЗЧИК: И дело не только в том, чтобы замаскировать агентов ЦРУ. Это также помогало им обнаруживать замаскированные цели.

ЙОННА МЕНДЕС: Был террорист по имени Карлос, которого все искали.

ДИКТОР: Йонна говорит о Карлосе «Шакале», также известном как Ильич Рамирес Санчес, безжалостном и печально известном террористе, который взял на себя ответственность за 80 смертей во время своего террора.Прежде чем его арестовали и приговорили к пожизненному заключению во Франции, за Карлосом охотились спецслужбы по всему миру.

JONNA MENDEZ: Мы получали фотографии со всего мира: «Это Карлос? Как насчет этого? Это Карлос? И мы знали, что Карлос будет замаскирован. Нам удалось многое разглядеть. Давным-давно мы много работали с фотоидентификациями. Это начало распознавания лиц. Мы сидели там с штангенциркулем и измеряли расстояние отсюда до отсюда, от глаз до глаз, от уха до рта — все это.Есть измерения, которые нельзя изменить. Пытаться найти [переодетых людей] — все равно что искать Уолдо. Мы искали Карлоса. Мы сделали такое критическое наблюдение, но пытаться увидеть переодетых людей — дело неблагодарное. Сделав это, вы просто станете параноиком, потому что все возможно.

РАССКАЗЧИК: Представьте, что вы всю свою жизнь потратили либо на то, чтобы люди выглядели похожими на других, либо на попытки обнаружить тех, кто пытается скрыть свою личность. Эти подозрительные инстинкты может быть непросто включить или выключить.

ДЖОННА МЕНДЕС: Женщина с плохой прической становится подозрительной. Разве она не умеет расчесывать парик? Вы почти не можете так поступить. Я всегда говорил: «Не проходите мимо меня в парике. Меня не волнует, где мы или кто ты. Я увижу твой парик за квартал. Я просто сделаю это ». Некоторые вещи бросаются в глаза. Но хорошая маскировка, этого не видно.

РАССКАЗЧИК: По прошествии 1980-х годов работа замаскированной Джонны заставила ее путешествовать по всему субконтиненту, посещая различные отделения ЦРУ и работая над операциями, которые включали как подпольную фотографию, так и маскировку.А потом, однажды в конце 1980-х, ее вызвали на обычную операцию.

ДЖОННА МЕНДЕС: Им нужна была техническая поддержка. Это могла быть маскировка, могла быть фотография.

РАССКАЗЧИК: Обычный визит.

ЙОННА МЕНДЕС: И начальник вышел. В руке он держал один из этих хлипких кабелей. Он сказал: «У меня есть сообщение».

РАССКАЗЧИК: Этот явно потрясенный начальник отделения ЦРУ показал свою собранную разведывательную информацию, которая только что пришла.В городе находился известный террорист.

ЙОННА МЕНДЕС: « Он установил контакт. Он хочет со мной встретиться ».

РАССКАЗЧИК: Эта миссия и то, как она разворачивалась, до сих пор полностью не рассекречены, поэтому Йонна не может сообщить некоторые подробности, такие как имя этого террориста, но этот человек разыскивается для нескольких террористических атак.

ДЖОННА МЕНДЕС: Это был действительно плохой парень. У этого человека был послужной список.Он совершил ужасные вещи. Он участвовал в угоне самолета Pan Am. Мы знали это.

РАССКАЗЧИК: Так почему он хотел поговорить с ЦРУ?

ЙОННА МЕНДЕС: Террорист сообщил, что у него есть информация о готовящемся угоне американского самолета. Это было тогда, когда они сбивали самолеты направо и налево. Довольно часто люди раскладывали подобную информацию, чтобы вы показали себя.

РАССКАЗЧИК: Что бы вы сказали собранию, если бы вы были на месте начальника станции? Это невозможное положение.Террорист, о котором известно, что хочет убивать, убивать американцев, хочет встретиться с вами. Для представителя контрразведывательного сообщества, пытавшегося выследить его, это кажется весьма вероятной ловушкой. Стоит ли рисковать?

JONNA MENDEZ: Вы не можете игнорировать такое предложение. Вы должны встретить человека. Террорист знал это. Он знал, что если он выбросит это, мы должны сделать шаг вперед. Мы знали, что он опасен, и начальник сказал: «Если я пойду, я переоденусь или не пойду.Вождь его боялся.

РАССКАЗЧИК: К счастью для начальника станции, был готов помочь заезжий эксперт по маскировке, кто-то, кто мог позволить ему исчезнуть в толпе на предполагаемой встрече, чтобы он мог подобраться достаточно близко к террористу, чтобы выяснить, действительно ли эта встреча была ловушкой или бесценной возможностью спасти американские жизни. Но Йонне пришлось поработать именно над этим заданием.

JONNA MENDEZ: Вождь не вписывался в этническую принадлежность страны, в которой мы находились.Наш шеф была очень высокой блондинкой. У него было действительно рябое лицо. И он был с юга Америки, с ярко выраженным южным акцентом.

РАССКАЗЧИК: Как бы вы замаскировали такого человека?

ДЖОННА МЕНДЕС: Как вы можете его замаскировать? Мы пошли и купили ему одежду, местную одежду, которую носили все мужчины в этой стране. И в нем он выглядел нормально. Мы надели на него сандалии, которые выглядят так, будто сделаны из переработанных шин. Наверное, были.Я покрасила его волосы в черный цвет. Мы не хотели использовать парик. Ему будет неуютно в парике. Я дал ему усы и много клея, потому что знал, что он будет вспотевать. Я дал ему очки в роговой оправе и немного макияжа, чтобы сгладить его грубый цвет лица. Я дал ему кожаный портфель и сигару. Это была его маскировка. Это была не самая изощренная маскировка.

РАССКАЗЧИК: По плану начальник станции встретится с террористом в переполненном вестибюле местной элитной гостиницы.

JONNA MENDEZ: Этот дворец в отеле… так что это было просто возмутительно с огромными атриумами и стеклянными лифтами. Его цель заключалась в том, чтобы зайти в вестибюль этого отеля, увидеть парня, оценить его, осмотреться и убедиться, что больше ничего не происходит, о чем он должен знать, а затем принять решение о встрече. он или нет. Все, что ему нужно, это 10-15 секунд, чтобы принять решение. И тогда ему было все равно, знали ли люди, что он [переодетый] или нет.Итак, он был настроен.

РАССКАЗЧИК: Перед встречей Йонна использовала свой опыт в тайных миссиях, чтобы проинформировать шефа о том, как осуществить нечто подобное.

JONNA MENDEZ: И я сказал ему: «Когда вы входите в этот отель, [что] так же важно, как эта маскировка, — это ваше поведение».

РАССКАЗЧИК: Опыт выполнения всех этих секретных фотографических заданий, наблюдение и изучение поведения соперничающих оперативников.

JONNA MENDEZ: Подумайте об этом и попробуйте зайти туда, как будто это место принадлежит вам. Я имею в виду, просто сделай шаг вперед. Признай это. Прежде всего, зажгите сигару, внесите ее. Он сказал: «Хорошо». Он может это сделать. Так мы и поступили.

РАССКАЗЧИК: Когда команда готовилась к миссии, в отделении ЦРУ нарастала напряженность. Затем стали поступать новые сведения о террористе.

JONNA MENDEZ: Мы больше узнавали о происходящем.У этого человека были проблемы с его собственной террористической организацией, и они преследовали его. Итак, это начало. Интерпол тоже преследовал его, возможно, из-за того предыдущего угона. Спецслужбы страны, в которой мы находились, охотились за этим парнем. Этот парень числился в каждом списке разыскиваемых в стране, и вероятность того, что что-то пойдет не так, была, я думаю, довольно значительной, полностью вне нашего контроля и вне нашего духа влияния.

РАССКАЗЧИК: Террорист не только был явно опасен, теперь они узнали, что он нестабилен.Начальник станции нервничал все больше. Я имею в виду, как бы вы себя чувствовали в его ситуации? Вы достаточно волновались в начале этой миссии, а теперь похоже, что это еще более рискованно. Если что-то не выглядело — или по ощущениям — не подходило. Если террорист будет действовать агрессивно, последствия могут быть ужасными. Они не могли рисковать при встрече.

ДЖОННА МЕНДЕС: Он не хотел видеть оружие в этом холле. Даже не имело значения, кто его держал. Он просто не хотел оказаться на линии огня.

РАССКАЗЧИК: Итак, начальник решил, что общая проблема — это проблема, уменьшенная вдвое.

ЙОННА МЕНДЕС: Начальник сказал: «Я не пойду туда одна. Я хочу, чтобы все смотрели на это. Если [он действует агрессивно], вы, ребята, можете смело выходить вперед ». Он просто хотел, чтобы его окружали его офицеры.

РАССКАЗЧИК: Теперь вся команда ЦРУ была необходима маскировка, но для Джонны это не было проблемой.

ДЖОННА МЕНДЕС: Каждый офицер ЦРУ, выезжающий за границу, получает комплект для маскировки, если он ему понадобится.И у них были материалы, сделанные для них, которые подходили им. И все они вроде тоже их надели. Один из них был в маске. Это было похоже на … полумаску, к которой были прикреплены борода и усы. Это была очень хорошая маскировка. Вы все еще могли курить, разговаривать, есть, пить и продолжать. Это было то, что мы называем сложной маскировкой — парики, усы и очки, может быть, надеть пиджак или просто переодеться, не похожий на американца, дипломата из посольства или одного из его офисов.

РАССКАЗЧИК: Конечно, с ее опытом работы в таких ситуациях, если вся команда станции будет выполнять операцию, Джонна тоже должна будет прийти. Это означало, что теперь она тоже оказалась на линии огня. Но не было времени на этом останавливаться, поскольку они шли через город на встречу с террористом.

JONNA MENDEZ: Мы все подошли к отелю как группа. Мы приехали рано.

РАССКАЗЧИК: Представьте себе, что, должно быть, чувствовала Йонна.Да, она привыкла к опасным операциям, но как посетитель именно этой станции она оказалась на незнакомой территории. И террорист, в данном случае печально известный террорист, на тот момент все еще был относительно новым противником для оперативника ЦРУ. На вас возложили ответственность за маскировку всей команды. Теперь вам нужно беспокоиться о своей безопасности. Как бы вы себя чувствовали? Команда была перед отелем.

JONNA MENDEZ: За пределами отеля были ослы, тянущие телеги, а на всех переулках были базары.Были люди любого уровня бедности.

РАССКАЗЧИК: А потом величие этого отеля. Пульс начинает учащаться. Узнали бы они террориста? Вы нервничаете? Нет? Ну, может тебе стоит.

ДЖОННА МЕНДЕС: Нервное было в порядке. Нервничать было неплохо, потому что нервничали, чтобы убедиться, что ты заряжен и готов. Я был не против нервничать. Я думаю, что все нервничали.

РАССКАЗЧИК: Команда разошлась.Начальник станции и несколько других агентов вошли в вестибюль гранд-отеля. Роль Йонны заключалась в том, чтобы занять позицию рядом с главным входом, где она могла бы наблюдать за прибывающим террористом. Она огляделась в поисках места, где можно было бы слиться с пейзажем. Ее глаза расширились. Она увидела магазин ковров, где покупатели работают около

JONNA MENDEZ: Это был важный момент для меня. Я собираю коврики со всего мира. Итак, я увидел этот сказочный магазин ковров, который был похож на маленький стеклянный куб — это были три стеклянные стены, а внутри на полу, должно быть, стояла тысяча ковров, стоявших на стенах, висящих на стенах, свернутых в стопки из них.Это было похоже на: «Боже мой, мне это нравится. Это прекрасно.» Я был так счастлив пойти туда, и это было идеальное место для наблюдения за мной.

РАССКАЗЧИК: Где-то знакомое, чтобы успокоить ее нервы, и это было идеальное место, чтобы наблюдать за входом в отель.

JONNA MENDEZ: Я могла видеть прямо по коридору, и он просто открывался в это огромное пространство. У меня было хорошее представление о том, где это будет. Я прекрасно это видел.

РАССКАЗЧИК: Йонна был на месте.Она начала разыгрывать образ покупателя, исполняя эту роль.

JONNA MENDEZ: Если бы вы были в одном из магазинов ковров, то вот что произошло бы. Они вас поприветствуют. Они покажут вам удобное место. Прибыл чай. Они спрашивали, что вас интересует. Они начинали говорить: «Ну, вот один из них, у меня здесь ответвление. Он только вчера незаконно прибыл из Ирана. И позвольте мне развернуть его и показать вам ». И у них есть люди, которые ничего не делают, кроме как раскатывают коврики.И вы говорите о коврике, вы говорите о выкройке … Вот что происходит, когда вы идете в один из этих магазинов.

РАССКАЗЧИК: Для большинства людей торговаться из-за ковров с продавцом было бы достаточно напряженно, не говоря уже о том, чтобы оставаться в образе и следить за смертоносным террористом.

JONNA MENDEZ: Итак, мы делали это, и я следил за своими часами, и по мере приближения времени встречи я делал то, что я всегда делаю.Я встал на колени в этом магазине — подо мной четыре слоя ковров, это было как на матрасе — и они его переворачивают, а я смотрю на спину. Вы ищете любые повреждения от мотылька. Вы хотите увидеть, насколько хорошо завязывается узел. Вы говорите им о шерсти. Это продолжается и продолжается. Итак, я делаю это на одном уровне в моем мозгу, и я смотрю свои часы на другом, и я поднял глаза.

РАССКАЗЧИК: Есть признаки террориста?

JONNA MENDEZ: Спуститесь в вестибюль… все еще хорош. Меня интересует это пространство. Там пока никого нет. И моя голова поворачивается направо, и я смотрю через стеклянную стену, смотрю через мраморный коридор, смотрю через другую стеклянную стену, и там газетный киоск, который я действительно не заметил и на который не обратил никакого внимания.

РАССКАЗЧИК: Джонна отвлеклась на магазин ковров.

ДЖОННА МЕНДЕС: И я смотрю вверх. Вот он, и абсолютно мгновенно узнал, что это он — что даже сегодня, я не уверен, как я оказался там так быстро.Мне никогда не приходило в голову, что это был не он. Это был он. Это был террорист. Он стоял внутри газетного киоска, в их стакане, и по обе стороны от него сидели парни. Это были высокие люди, как в Индии, как люди с северо-запада. Это были воины. Я имею в виду, так они это представили и так хотели, чтобы их видели. Это были его телохранители.

РАССКАЗЧИК: Джонна покрылась холодным потом. Внезапно в игру вступили ее худшие опасения. Террориста сопровождали другие террористы.И они пришли с оружием.

JONNA MENDEZ: И в этом шикарном отеле они были вооружены длинными ружьями. Я был нацелен на оружие.

РАССКАЗЧИК: Но прежде чем Йонна успела побеспокоиться о безопасности начальника станции в холле, она поняла, что у нее есть более серьезная проблема — самая тревожная …

ДЖОННА МЕНДЕС: … это то, что он просто смотрел прямо на меня — ни на кого, ни на что еще. Он стоял там и смотрел на меня, и мы встретились глазами.

РАССКАЗЧИК: Теперь позвольте мне сказать вам, для шпиона, этот зрительный контакт? Это очень плохие новости.

JONNA MENDEZ: Вы никогда не должны смотреть в глаза, или есть несколько основных правил, когда вы имеете дело с такими ситуациями. Вы никогда не смотрите в глаза. Никогда не смотри им в глаза. Это понятно. Просто нет. Вы не должны. Но я сделал. И когда я это сделал, это было как будто этот электрический ток прошел сквозь меня — и я как бы застыл, и я не мог перестать смотреть.Он уставился на меня. Это было похоже на лазер. Он был совершенно неподвижен. Он просто смотрел на меня.

РАССКАЗЧИК: Чем вы занимаетесь? Вы бежите? Но тогда ваше прикрытие наверняка разоблачено. Вы достаете оружие и вступаете в бой? Но он наверняка выстрелит еще до того, как ты вытащишь пистолет.

ДЖОННА МЕНДЕС: Я подумала: «О да, он знает. Он видит меня и ясно знает. Он знал, и он хочет, чтобы я это знал. Он знает. Вот почему он это делает ».

РАССКАЗЧИК: Хорошо.Считать. Дыхание. Нет немедленного прикрытия. Некогда рисовать оружие. Вы остаетесь застигнутыми врасплох и совершенно незащищенными. У тебя нет вариантов.

JONNA MENDEZ: И я подумал: «Они просто могут меня застрелить. У них нет причин не стрелять в меня. Я имею в виду. Это место беззакония. Они там с оружием. Копы не придут ».

РАССКАЗЧИК: В голове Джонны внезапно появилось изображение.

ДЖОННА МЕНДЕС: И я мелькал в вестибюле ЦРУ, где у нас есть стена из звезд.Это почти как пойти в церковь, когда ты заходишь в ЦРУ и проходишь мимо этой стены. Это почти как … если ты остановишься, тебе придется подойти, чтобы почти кивнуть. Это звезда для каждого офицера ЦРУ, погибшего при исполнении служебных обязанностей на протяжении многих лет — и многие из них не имеют имен, прикрепленных к звездам. Под стеной есть книга в стеклянной витрине, и вы можете видеть, что эта звезда принадлежит этому человеку, а эта звезда — этому человеку. Но есть большие пробелы, когда у звезд нет имен, и это в основном люди, которые были за границей под прикрытием — под глубоким прикрытием — и их имена никогда не будут известны.Иногда даже их семьи не знают. И я думаю об этом. Я просто … это всего лишь … щелчок пальца. Я мелькаю на эту стену и думаю: «Это мог быть я». Я никогда не был так напуган.

РАССКАЗЧИК: Что бы вы сделали в этой ситуации? Что ты можешь сделать? Примите свою судьбу и молитесь своим счастливым звездам …

JONNA MENDEZ: Итак, он внезапно опустил взгляд, повернулся на каблуках, и он, и эти двое охранников вышли за дверь и пошли по коридору к тому вестибюлю, где Я смотрел.И я сидел там, на полу в этом магазине ковров. Они говорят о твоей холодной крови. Я сидел, у меня была холодная кровь, а сердце билось, как молот, в груди. И я подумал про себя: «Я никогда в жизни не был так близок к настоящему злу». Хорошо. И это была потрясающая сила, которую он нес. Это… это был действительно переломный момент в моей жизни. Когда все закончилось, я понял, как мне повезло. Вот так выглядит удача, потому что, если бы они решили застрелить меня, это было бы абсолютно безлично.Ко мне это не имело бы никакого отношения. Могли просто застрелить меня и все.

РАССКАЗЧИК: Маскировка Йонны была настолько непроницаемой, а ее манеры — настолько убедительными, что, несмотря на то, что террорист смотрел прямо на нее — даже зрительный контакт — в его сознании ее просто не было. Шпион исчез, приняв другую форму: безликий покупатель в переполненном магазине, одно тело среди многих на этой оживленной уличной сцене «субконтинента». Те долгие мгновения, которые прошли в голове Джонны, могли показаться часами, но на самом деле потребовалось всего несколько секунд.А затем террорист прошел мимо Йонны и направился в гостиницу. Его вооруженные телохранители по двое направлялись на встречу с начальником отделения ЦРУ.

ЙОННА МЕНДЕС: Наш начальник встретил его в холле. Наш начальник с ним не уехал. Я должен сказать вам, что я не знаю, была ли эта информация об угоне самолета правдой, но я знаю, что на следующий день он был арестован местной полицией. Из всех людей, которые искали этого человека … Интерпол, его террористическая организация, разведка его страны… никто из них ничего не сделал. Просто приехала полиция и арестовала его. Итак, его сняли с улицы. Это был хороший финал. Часто я даже не знал этого.

РАССКАЗЧИК: Террориста вывезли мирным путем. В мире шпионажа удовлетворительные выводы никоим образом не гарантируются. Конечно, не потому, что их не бывает. Но потому что вы всего лишь один компонент в интеллектуальной машине. Как только вы выполнили свою роль, переходите к следующему заданию.

JONNA MENDEZ: Часто я делал свое дело — что бы я ни делал — и переходил к следующему. Моя работа не обязательно была в том, чтобы знать конец истории, если только это не повлияло на то, что я делал. На вас было так много всего, что вы были сосредоточены на том, что впереди, что будет дальше.

РАССКАЗЧИК: Это ключевое правило в мире шпионов, одно из так называемых Московских правил, разработанных во время холодной войны.

JONNA MENDEZ: Есть московское правило, которое говорит вам в основном предполагать, что плохие парни находятся позади вас, и не оглядываться через плечо.Просто предположите, что они там, но вы продолжаете двигаться вперед, всегда работая над тем, что будет, что будет дальше, что впереди.

РАССКАЗЧИК: И впереди Йонны было продвижение до самого верха отдела маскировки ЦРУ.

ДЖОННА МЕНДЕС: После того, как я закончил свою командировку в этой части мира, я вернулся домой в Вашингтон, округ Колумбия, в Лэнгли, где я работал офицером маскировки, путешествуя по всему миру. Из Вашингтона мы работали в самых трудных местах, в самых трудных местах.В том числе, конечно, и Москва. Сюда входили Гавана, Пекин … места, где нам было трудно выполнять свою работу, потому что маскировка могла решить многие из этих проблем, выполняя все виды работы. Где-то по ходу дела [мы проинформировали президента], показывая ему наши последние и самые лучшие. В итоге я стал заместителем начальника отдела маскировки — что было немного странно, потому что я не особо интересовался менеджментом и никогда не занимался менеджментом. И это почти превратилось в кошачью мяту для моих рекламных досок.А потом я стал начальником маскировки.

ДИКТОР: В настоящее время на пенсии, Йонна является лектором и автором, который пишет книги, основанные на ее опыте работы в ЦРУ, в том числе Московских правил , о тактике шпионажа, которая дала США преимущество в холодной войне. И — всегда художник — Йонна по-прежнему любит фотографировать. Присоединяйтесь к нам на следующей неделе в новой миссии с True Spies. У всех нас есть ценные шпионские навыки, и наши эксперты готовы помочь вам раскрыть ваши.Получите достоверную оценку ваших навыков шпионажа, созданную бывшим руководителем обучения британской разведки, теперь на SPYSCAPE.com.

Джонна Мендес — Мастер маскировки

Джонна Хиестанд Мендес — офицер разведки ЦРУ в отставке со стажем более 25 лет. Выйдя на пенсию в 1993 году, она поднялась до должности начальника отдела маскировки в ЦРУ. С тех пор она продолжила карьеру фотографа, консультанта / лектора и автора. Она жила со своей семьей и работала в своей фотостудии и семейной галерее на их ферме площадью 40 акров в сельском Мэриленде в течение 20 лет.Она и ее муж, также бывший офицер разведки, являются авторами нескольких книг: «Шпионская пыль», книга об их работе против Советов в Москве в последнее десятилетие холодной войны, была их первым совместным предприятием. «Spy Dust» рекомендуется к прочтению новичкам в агентствах разведывательного сообщества США и часто является частью учебной программы для потенциальных офицеров разведывательного сообщества.

Джонна родилась в Кентукки, где ее семья насчитывает шесть поколений в округе Тейлор.Она окончила среднюю школу в Уичито, штат Канзас, и училась в колледже в штате Уичито, прежде чем перебралась в Германию, где прожила несколько лет, работая в Chase Manhattan Bank во Франкфурте. Она была завербована в Центральное разведывательное управление в Европе в 1966 году.
В течение многих лет она жила под прикрытием и выполняла служебные командировки в Европе, на Дальнем Востоке и на субконтиненте, а также в штаб-квартире ЦРУ. Она пришла в Управление технической службы в 1970-х годах, а через несколько лет вернулась за границу в качестве специалиста по техническим операциям со специализацией в подпольной фотографии.В ее обязанности входила подготовка наиболее высокопоставленных зарубежных активов ЦРУ к использованию сверхминиатюрных шпионских камер и обработка собранных ими разведывательных данных. Именно в эти годы за границей она начала развивать свои творческие навыки фотографии.

Вначале потенциал Йонны как будущего лидера и старшего офицера был хорошо известен руководством OTS, и она была выбрана для участия в нескольких обширных программах обучения будущих лидеров ЦРУ, и ей были даны задания, которые позволили ей использовать свои постоянно расширяющиеся навыки.Она начинала как женщина в мужском мире и наблюдала за этим изменением в течение своей карьеры. Ее выбрали на годичную программу, рассчитанную всего на нескольких офицеров с высоким потенциалом. В конце этого срока ей было предложено несколько заданий, и она решила снова поехать за границу, чтобы работать в технических операциях на обширной территории Южной и Юго-Восточной Азии в качестве универсального специалиста по маскировке, трансформации личности и тайной визуализации.

По возвращении в штаб она была назначена в Запретную зону для маскировки.Это привело ее к самым сложным и враждебным операциям в мире, где она и ее коллеги сравнялись с превосходящими силами КГБ в Москве, Штази в Восточной Германии и кубинским DGI. Тем временем ее продолжали отбирать для самых престижных заданий по обучению и развитию карьеры, и ее повысили до заместителя начальника отдела маскировки. Только три года спустя ее назначили начальником отдела маскировки. В качестве начальника отдела маскировки Йонна руководила многомиллионной программой с персоналом, размещенным по всему миру.Она ушла из правительства в 1993 году, получив благодарственную медаль разведки ЦРУ.

Йонна продолжает действовать в качестве консультанта разведывательного сообщества США. Вместе со своим автором / мужем Антонио Мендесом она читала лекции в различных советах по международным делам, колледжах и университетах, а также в Управлении военной разведки США в Объединенном колледже военной разведки. Вместе они участвовали в двух программах Discovery Channel, во второй — эксклюзивно. Эти программы документируют шпионские подвиги Джонны и ее мужа, который также был начальником отдела маскировки ЦРУ.Она является одним из основателей Совета консультантов Международного музея шпионажа в Вашингтоне, округ Колумбия,

.

Она и ее муж, сотрудник ЦРУ Антонио Дж. Мендес, вместе написали три книги; в дополнение к «Spy Dust» они также написали «Арго», рассказ о спасении Тони 6 американских дипломатов из Тегерана во время иранской революции. По фильму «Арго» фильм получил премию «Оскар» и получил премию «Лучший фильм» в 2013 году. Кроме того, они только что завершили «Московские правила», книгу о своем опыте работы на ЦРУ в Москве во время холодной войны.Эта последняя работа будет выпущена 21 мая 2019 года, и Йонна совершит национальный книжный тур для продвижения книги.

Йонна продолжает фотографировать. Ее изображения продавала сеть ресторанов La Madeleine по всей стране. У нее также была выставка одной женщины в Худ-колледже и других галереях, а также выставка французских изображений, представленная в Нью-Йорке в ресторане La Bonne Soupe. Ее работы доступны в галереях и магазинах Вирджинии и Мэриленда, а также на ежегодных выставках в Pleasant Valley Studios в Мэриленде.

Йонна входил в совет директоров La Gesse Foundation, некоммерческой организации, которая в партнерстве с Консерваторией Пибоди Университета Джона Хопкинса проводила каждое лето в течение двадцати лет с презентациями американских пианистов в Европе. Музыкантов также ежегодно представляла принцесса Сесилия ди Медичи в Карнеги-холле каждый декабрь.

Йонна была замужем за коллегой-офицером ЦРУ и писателем Антонио Дж. Мендесом, и у них был один ребенок.

Тони Мендес — Мастер маскировки

Антонио Джозеф Мендес был офицером разведки ЦРУ, писателем и художником.Он жил со своей семьей и работал в своих студиях и галерее на своей ферме площадью 40 акров в сельском округе Вашингтон, штат Мэриленд. Он был отмеченным наградами художником с международной репутацией. Его первая книга «Мастер маскировки»; «Моя тайная жизнь в ЦРУ» была опубликована Уильямом Морроу в ноябре 1999 года к десятой годовщине падения Стены в Берлине. С тех пор он появлялся в различных национальных СМИ по всей территории Соединенных Штатов, путешествуя и читая лекции о своем опыте работы в ЦРУ.Он появлялся на каналах Dan Rather Evening News, Charlie Rose, C-Span, CNN, Fox News Channel, Good Morning America и Fresh Air, и это лишь некоторые из них. Его презентация для Smithsonian Associates в Вашингтоне, округ Колумбия, была распродана более чем 600 участникам.

Мендес родился в 1940 году в Эврике, штат Невада, где его этнически разнообразная семья насчитывала шесть поколений до времен золотой лихорадки. Он переехал в Колорадо, когда ему было четырнадцать, учился в Университете Колорадо и работал водопроводчиком и иллюстратором / разработчиком инструментов в компании Martin Marietta, где он отвечал за тиражирование электронных компонентов для межконтинентальной баллистической ракеты Titan IIIC.В 1965 году он был завербован в Денвере по объявлению вслепую, чтобы работать шпионским артистом в Отделе технических служб Центрального разведывательного управления в Вашингтоне, округ Колумбия. Двадцать месяцев спустя он и его семья переехали на Дальний Восток, где они пробыли семь лет, пока Мендес. работал в технических операциях ЦРУ в Южной и Юго-Восточной Азии.

В течение двадцати пяти лет он работал под прикрытием, часто за границей, участвуя в теневых конфликтах на некоторых из самых важных театров военных действий холодной войны.В его книге описаны многие из этих тайных операций и операций по сбору разведданных. Он рассказывает о самых экзотических применениях своей специальности, изготовлении фальшивых документов и маскировке для разведчиков. В течение своей карьеры он занимал различные должности с возрастающей ответственностью, продвигаясь до высшего руководящего звена разведывательной службы (SIS). В то время как начальник отдела маскировки, а затем начальник отдела графики и аутентификации, он и его подчиненные отвечали за изменение личности и внешнего вида тысяч подпольных оперативников, что позволяло им безопасно выполнять свои шпионские дела.Нигде это не было труднее, чем на улицах Москвы, где им удалось разработать операции обмана, используя маскировку и иллюзию, против превосходящих сил КГБ. Не менее мучительными были сотни спасательных операций, которые он и его товарищи спланировали и провели, чтобы спасти иностранных агентов и их семьи. В январе 1980 года Мендес был награжден звездой разведки за доблесть за единоличную разработку и спасение шести американских дипломатов из Ирана во время кризиса с заложниками.Эта спасательная операция включала создание якобы голливудской кинокомпании с персоналом, сценариями, рекламой и недвижимостью.

К тому времени, когда Мендес ушел в отставку в ноябре 1990 года, холодная война закончилась. Его повысили до SIS-2, что эквивалентно двухзвездному генералу в армии. Он получил медаль за заслуги перед разведкой ЦРУ, а также звезду разведки и два почетных грамоты. В сентябре 1997 года, в день пятидесятой годовщины ЦРУ, он был одним из пятидесяти офицеров, выбранных из десятков тысяч, проработавших в ЦРУ на протяжении многих лет, награжденных медальоном первопроходца.Мендес гордился тем, что был в компании Ричарда Хелмса, Аллена Даллеса и других знаменитостей в истории Агентства. Как писал DCI Джордж Тенет: «… Премия CIA Trailblazer Award присуждается пятидесяти офицерам ЦРУ, которые своими действиями, примером или инициативой помогли сформировать историю этого Агентства». В октябре 2000 года Мендес был награжден Орденом Сфинкса, который является Межсоюзническим крестом за выдающиеся заслуги за службу делу союзников за свободу в тылу врага.

Он продолжал действовать в качестве консультанта U.S. Intelligence Community и публиковал статьи в своих журналах. Его регулярно приглашали выступать в качестве основного докладчика на учебных курсах ЦРУ и DIA, а также для участия в серии выдающихся лекций Объединенного разведывательного колледжа Министерства обороны. Он также регулярно выступал в Совете по международным делам и аналогичным организациям в Соединенных Штатах. Он и его жена Джонна были консультантами и входили в Совет консультантов Международного музея шпионажа через улицу F от Национальной портретной галереи в Вашингтоне, округ Колумбия, а также были техническими консультантами в телесериале CBS «Агентство», который начал транслироваться в сентябре 2001 года.

Мендес был задействован в 22 различных документальных фильмах, включая работы для Discovery, Travel Channel, Canadian History Channel, AMC и материал PBS под названием «Побег из Ирана; The Hollywood Connection », который последний раз транслировался по случаю двадцать пятой годовщины иранского кризиса с заложниками. Два для Travel Channel включают «Секреты Международного музея шпионажа» и «Вашингтон, округ Колумбия; Город шпионов ». Работа для Discovery Channel включала одночасовое шоу под названием «Мастер обмана», в котором рассказывалось о шпионских подвигах Мендеса и его жены Йонны, которая также была начальником отдела маскировки и проработала в ЦРУ двадцать семь лет.

В дополнение к написанию «Мастера маскировки» Мендес и его жена Йонна завершили еще одну книгу под названием «Spy Dust», рассказывающую о своих подвигах разведки в Москве в последние годы холодной войны и их многообещающем романе, который закончился браком после ухода Мендеса на пенсию. в 1990 году. Обе книги рекомендуются к прочтению новичкам и являются частью учебной программы разведывательного сообщества, а также нескольких колледжей и университетов.

В 2013 году голливудский фильм, основанный на книге Мендеса о спасении шести дипломатов из Тегерана в 1980 году, привел к тому, что фильм под названием «Арго» получил премию Американской киноакадемии как лучший фильм 2013 года.Фильм основан на книге, написанной им и его женой, также названной «Арго». Тони Мендес и Джонна Мендес недавно завершили работу над своей четвертой книгой, которая будет называться «Московские правила». Он выйдет 21 мая 2019 года.

У Мендеса было четверо детей и двое внуков. Вернувшись к живописи в 1990 году, он провел множество выставок в США и за рубежом, выиграл множество призов и был представлен несколькими галереями по всей территории Соединенных Штатов. Комиссия по искусству Вашингтона, округ Колумбия, приобрела семь его картин Вашингтона, округ Колумбия, для своей постоянной коллекции.

Как ЦРУ обучает шпионов прятаться на виду

Несмотря на то, как легко это выглядит в фильмах о Джеймсе Бонде и в фильмах об ограблениях, хорошо маскироваться сложно. Хороший парик и немного макияжа не сделают вас новым человеком — полная трансформация требует полной корректировки отношения. Спросите любого участника RuPaul’s Drag Race . А когда вы являетесь шпионом Центрального разведывательного управления, возможность идеально замаскироваться может быть вопросом жизни и смерти. Просто спросите Джонну Мендес.

«Один из наших офицеров, вероятно, работающий в американском посольстве, будет наблюдать 24 часа в сутки; за ними будут следить группы людей», — говорит Мендес, который годами проработал начальником маскировки ЦРУ. «Но у них была работа; они должны были тайно общаться с людьми. Крайности, на которые мы пошли, чтобы замаскировать этих людей, были самой интересной и самой сложной частью работы».

Итак, что агентство делает для защиты своих активов на местах? По словам Мендеса, во многом это связано с сокрытием характерных черт человека.Если у них прямые волосы, сделайте их вьющимися. Если они молодые, нарисуйте им несколько серых полосок. Это также помогает изменить то, как они ходят или разговаривают, надев бандаж на ногу или «искусственное небо» в рот. У американцев есть определенный способ стоять — вес на одной ноге или другой — и если они пытаются выдать себя за европейцев, им помогает, если они стоят прямо на обеих ногах. Хорошая маскировка, говорит Мендес, почти всегда «дополняет»; вы можете сделать кого-то выше, тяжелее или старше, но «мы не можем пойти другим путем.«

ЦРУ также может дать человеку возможность сделать« быстрое изменение ». Если кто-то знает, что он будет пытаться встряхнуть хвостом, он может изменить свой внешний вид, двигаясь по загруженным тротуарам. Добавьте шляпу, измените надеть рубашку, добавить солнцезащитные очки и — если все будет сделано правильно — будет похоже, что кто-то исчез.

«Вы хотите быть тем человеком, который входит в лифт, а затем выходит, и никто не помнит, что вы даже там «, — говорит Мендес, чей муж Тони Мендес был героем рассказа WIRED 2007 года, который стал фильмом Argo .«Это цель разработки лабораторий маскировки в ЦРУ».

Узнайте больше о трюках Мендес в видео выше и в ее AMA Reddit здесь.


Еще больше замечательных историй

Африканские маски: искусство маскировки

На новой выставке африканского искусства представлены ранее неизвестные работы из знаменитой коллекции музея

ДАЛЛАС, Техас — 19 августа 2010 г. — Художественный музей Далласа представит значительный взгляд на африканскую визуальную культуру с помощью Африканских масок: искусство маскировки , новой выставки примерно семидесяти произведений искусства, исследующих высокоразвитые и устойчивые искусство африканских масок и раскрытие их вневременной красоты, функции и значения.Основанный на выдающейся коллекции африканского искусства DMA, признанной одним из пяти лучших в своем роде в Соединенных Штатах и ​​имеющей прецеденты с момента своего создания 40 лет назад, African Masks: The Art of Disguise включает несколько произведений искусства. из собрания музея, которое будет экспонироваться впервые. В экспозицию также включены значимые работы из других музейных и частных коллекций.

Африканские маски служат опорой для духа божеств, предков и культурных героев, которые могут быть персонифицированы как люди или животные, или как составные части.Спектакли в масках, проводимые по случаю празднования Дня благодарения, обрядов перехода и похорон, часто развлекают, когда преподают уроки морали. В African Masks: The Art of Disguise, множество масок из Африки к югу от Сахары предлагает широкий выбор типов, стилей, размеров и материалов, а также контекстов, в которых они появляются. Резные деревянные маски будут представлены наряду с масками из других материалов, включая текстиль, кожу животных и бусы. Поскольку маска часто является лишь частью ансамбля, также будут демонстрироваться полные маскарадные костюмы, а маски «оживают» в выступлениях, записанных на пленку, и на контекстных фотографиях.

С 22 августа 2010 г. по 13 февраля 2011 г. в галерее Чилтон I, African Masks будет сопровождаться совершенно новым туром по смартфону, на котором будут освещены 19 масок на выставке, а также посещение «за кадром». Посетителям будет предложено просмотреть 10 дополнительных масок в галереях Музея искусств Африки на третьем уровне; они входят в число 150 объектов коллекции, которые в настоящее время доступны для просмотра в прямом доступе к памяти.

«Наша необыкновенная коллекция африканского искусства — особая сила и гордость музея, и с Африканские маски: искусство маскировки, мы подробно рассмотрим коллекцию и представим новый инновационный взгляд на нее. это », — сказала Бонни Питман, директор Музея искусств Далласа Юджин Макдермотт.«Благодаря использованию смарт-телефонного тура, который включает в себя культурную информацию, видео и закулисные интервью, а также дополнительную информацию о произведениях искусства, эта выставка предлагает посетителю динамичный опыт».

«Ценители африканского искусства и туристы собирают маски, желательно резные из дерева. Африканцы считают весь маскарад — предмет, скрывающий голову, и костюм, закрывающий тело, — «маской». Человек в этом ансамбле также является частью маски! Эта выставка посвящена искусству скульптора и мастера по костюмам », — сказала Рослин А.Уокер, старший куратор Искусств Африки, Америки и Тихого океана, и Маргарет Макдермотт, куратор африканского искусства Далласского художественного музея и куратор выставки. «Африканский маскарад — это мультимедийный интерактивный опыт, в котором участвуют не только скульпторы, но и мастера по костюмам, танцоры, музыканты, духи и публика».

Африканские маски разделен на четыре части и включает в себя следующие выделенные произведения искусства:

  • Маскарады — это мультимедийные мероприятия, которые часто включают не одного, а нескольких танцоров в масках, воплощающих различных духов.Впервые демонстрируется маска для лица чихонго из Демократической Республики Конго и Анголы: народы чокве, сделанные из дерева, плетения, волокна, перьев, тукула, , каолина и железа; и костюм Эгунгун из Республики Бенин (бывшая Дагомея): народы йоруба, сделанные из ткани, аппликаций, дерева, ракушек каури, стеклянных бус, когтей или клювов животных, блесток, меха и шкуры животных, а также винила.
  • Человеческие маскировки, в том числе Четырехликая шлемовая маска (ñgontang) из Габона: клыки народов, сделанные из дерева и краски; и Маска на лоб (тип mbuya) из Демократической Республики Конго: народы Центральной Пенде, деревянная , пигмент и волокно рафии
  • Комбинированные маскировки с изображением водного духа маска-шлем (Обукеле ) из Нигерии, район Дельты: народы Абуа, сделанные из дерева, пигмента и краски; и Маска (kifwebe) из Демократической Республики Конго: народы сонгье, сделанные из краски, волокна, тростника и кишок
  • Маскировки животных, в том числе Маска (gye) из Кот-д’Ивуара: народы гуро, сделанные из дерева, краски и листового металла; и Маска слона (mbap mteng ) из Камерун: деревня Банджун (?), народы Бамилеке, сделанные из ткани из пальмового волокна, хлопчатобумажной ткани, стеклянных бус и ребер из пальмовых листьев
  • Две другие маски, которые никогда ранее не демонстрировались: маска для лица (gle или ga), дан народов Кот-д’Ивуара или Либерии, изготовленная из дерева, волокна и пигмента; и Маска-шлем (Lipiko), народа маконде, Танзания, сделанная из дерева, пчелиного воска, человеческих волос и пигмента

Посетители смогут исследовать и испытать выставку с движущимся звуком отснятого материала и экскурсией по смартфону с участием Dr.Уокер, дизайнер выставок Алан Кнезевич, коллекционеры и исполнители, а также маска и связь животных с животными из зоопарка Далласа. Посетители могут получить доступ к туру на смартфонах и медиаплеерах с поддержкой Wi-Fi на сайте DallasMuseumofArt.mobi.

Африканские маски организован Далласским художественным музеем и курируется Рослин А. Уокер, старшим куратором, Искусство Африки, Америки и Тихого океана и Маргарет МакДермотт, куратором африканского искусства в Далласском музее искусств.Доктор Уокер также является автором недавно опубликованной книги The Arts of Africa в Художественном музее Далласа, первого каталога, посвященного изучению коллекции музея, состоящей из почти 2000 предметов, признанных одним из пяти лучших в своем роде в мире. Соединенные Штаты. В ознаменование 40-летия коллекции, которая началась с подарка более 200 предметов от благотворителей DMA Юджина и Маргарет Макдермотт, каталог опирается как на исторические источники, так и на современные исследования, чтобы изучить более 100 фигур, масок и других произведений искусства, которые представляют 52 культуры, от Марокко до Южной Африки.

Африканские маски: Искусство маскировки представляет Фонд Сары Ли. Зоопарк Далласа — партнер сообщества. Авиаперевозки предоставлены American Airlines. Рекламная поддержка предоставляется KVIL 103.7 Lite FM, Radio Disney и Dallas Child.

О Художественном музее Далласа
Расположенный в оживленном районе искусств в центре Далласа, штат Техас, Художественный музей Далласа (DMA) входит в число ведущих художественных учреждений страны и отличается своими новаторскими выставками и новаторскими решениями. образовательные программы.В основе музея и его программ лежат его энциклопедические коллекции, которые включают более 24 000 произведений и охватывают 5 000 лет истории, представляющие весь спектр мировых культур. Основанный в 1903 году, сегодня музей ежегодно принимает более 600000 посетителей и выступает в качестве катализатора творческой деятельности сообщества, привлекая людей всех возрастов и профессий с разнообразным спектром программ, от выставок и лекций до концертов, литературных чтений, драматических и танцевальных презентаций. .

Художественный музей Далласа частично поддерживается щедростью членов музея и спонсоров, а также гражданами Далласа через город Даллас / Управление по делам культуры и Техасскую комиссию по искусству.

###

Маскировка: маски и глобальное африканское искусство

Эта динамичная выставка рассматривает прошлое, настоящее и будущее маскировки — визуальный акт, который может быть маской, костюмом или просто камуфляжем. «Маскировка» представляет собой захватывающие новые работы двенадцати современных художников из Африки и африканского происхождения, которые исследуют импульс маскировки с помощью оптических иллюзий, уличных акций, компьютерной магии и виртуальной реальности.Вместе эти работы вызовут у посетителей воображение, поскольку они рассматривают искусство маскировки как преобразующий процесс, который определяется множеством влияний, от исторических африканских традиций маскарада до современной глобальной культуры и цифровых медиа.

Маскированные художники используют различные творческие средства, включая рисунки, фотографии, видео, маски, скульптуры, перформансы и инсталляции, чтобы скрыть свою идентичность и выявить проблемы социального, политического или культурного значения.Двенадцать представленных художников: Якоб Дуайт, Брендан Фернандес, Нандифа Мнтамбо, Эмека Огбох, Вура-Наташа Огунджи, Уолтер Олтманн, Сондра Р. Перри, Зина Саро-Вива, Джейколби Саттервайт, Сэм Вернон, Уильям Вильялонго и Сая Вулфолк.

Живые выступления в галерее: ChimaTEK: Virtual Chimeric Space

Даты:

Воскресенье, 15 ноября 2015 г., 13:00, 14:00, 15:00 и 16:00
Четверг, 19 ноября , 2015 г. в 18:00, 18:30, 19:00, 19:30
Воскресенье, 6 декабря 2015 г. в 13:00, 14:00, 15:00 и 16:00
Воскресенье, 4 января 2016 г., 13:00, 14:00, 15:00 и 16:00
Воскресенье, 7 февраля 2016 г., 13:00, 14:00, 15:00 и 4 : 00 вечера
Воскресенье, 13 марта 2016 г., 13:00, 14:00, 15:00 и 16:00

Испытайте ChimaTEK Сая Вулфолк: виртуальное химерное пространство оживает, когда эмпатик периодически активирует пространство. .Хореография ChimaTEK: Virtual Chimeric Space поставлена ​​Лаарой Гарсиа и будет представлена ​​студентами UCLA World Arts and Cultures Dance Лиссетт Аргоуд и Дэуном Юнгом.

Искусство маскировки | Новости Индии, Индийский экспресс

«Вы работали над его лицом, добавили белую бороду, чтобы он выглядел старым. А как насчет его рук? » — спрашивает 49-летний Шайлендра Кумар, сидящий в своей квартире в колонии G D в районе Маюр Вихар в Восточном Дели, фаза III.

Кумар, внештатный визажист, имел в виду инцидент 8 сентября, когда Джайеш Патель, 32-летний житель Гуджарата, был арестован в международном аэропорту им. Индиры Ганди в Нью-Дели за то, что выдавал себя за восьмидесятилетнего мужчину во время посадки на рейс в Нью-Йорк. самолет с поддельным паспортом.Центральные силы промышленной безопасности (CISF), которые охраняют большинство аэропортов страны, заявили в пресс-релизе: «Внешний вид и текстура кожи пассажира казались намного моложе, чем указано в паспорте».

Во время расследования Патель, как сообщается, признался, что визажист посетил его в его отеле в Пахаргандже для макияжа. После интенсивной поисковой операции полиция арестовала 42-летнего Шамшера Сингха, визажиста, известного под псевдонимом «Биллу Барбер» и владеющего салоном в Патель Нагар.

Полиция обвинила Сингха в сотрудничестве с бандой, которая помогает людям нелегально эмигрировать в другие страны. По словам DCP (аэропорт) Санджая Бхатиа, «Сингх помог как минимум 10 другим людям, в том числе двум женщинам, изменить свою внешность и скрыть свой возраст или пол… Офицер (арестовавший Пателя) также понял, что руки не выглядят так. пожилого человека тоже. Затем он был взят под стражу ».

Кумар говорит, что он тоже во многих случаях заставлял молодых людей выглядеть намного старше.«Конечно, это были роли, которые они играли в различных мыльных операх», — говорит Кумар, передавая фотографию клиента, с которым работал много лет назад. «Если он (Шамшер Сингх) был обманут, его следует отпустить».

«Превращение» Кумара в молодого человека. (Экспресс фото: Амитава Чакраборти)

Кумар, который работает визажистом более двух десятилетий, не владеет салоном и обычно посещает своих клиентов, в основном телеведущих и моделей, на месте съемок. Еще он берет на себя задания по макияжу невесты.«Если кто-то подойдет ко мне и попросит сделать макияж, я не сделаю этого. Так не бывает. Я хожу в дома и отели только тогда, когда мне нужно сделать свадебный макияж. Но мне больше интересно делать макияж, связанный с вымышленными персонажами. И сегодняшний свадебный макияж чем-то похож на этот, — шутит Кумар, добавляя: «Иногда мы наносим даже три слоя макияжа, меняя сам цвет или тон кожи. Бывают ситуации, когда жених не узнает невесту после снятия макияжа.”

Кумар начал свою профессиональную карьеру с двухлетней работы в Doordarshan в 1994 году, где он работал младшим визажистом на многочисленных шоу. Он говорит, что именно его давняя связь с телеканалом, с 2000 по 2018 год, помогла ему не только отточить свои навыки, но и подружиться со многими известными лицами в индийских СМИ и кинематографе.

«Я был очень близок с Фарук Шейхом, который часто просил меня переехать в Мумбаи. Он говорил мне, что я преуспею там », — утверждает Кумар, листая страницы фотоальбома, в котором есть его фотографии с известными болливудскими знаменитостями, включая Рани Мукерджи, Джеки Шрофф, Шилпу Шетти и Манна Дей.

«У меня никогда не хватало смелости оставить свою семью в Дели и переехать в Мумбаи. И я не жалею об этом. Однако в прошлом месяце я поехал в Мумбаи, чтобы узнать о протезном макияже. Это был богатый опыт », — говорит он, поглаживая усы, стилизованные под уже ставшую известной« Абхинанданская стрижка ».

Кумар говорит, что каждый год в преддверии сезона Рамлилы он носит образ стрелка с усами, ставший популярным благодаря командующему крылом ВВС Индии Абхинандану Вартхаману. «Я играю роль Равана в Рамлиле и отращиваю усы таким образом, чтобы соответствовать своей роли.Но это прекрасное чувство, когда люди говорят вам: «Abhinandan jaise lag rahe ho (Ты похож на Абхинандана)», — говорит Кумар.

Во время сезона Рамлилы, добавляет Кумар, он обычно делает перерыв в регулярном макияже. «В этом году задания Рамлилы начинаются с 29 сентября. Помимо роли, мне нужно делать более 150 макияжей в день. Мне помогают моя 23-летняя дочь Чандни и жена Сапна », — говорит он.

Чандни обычно играет Ситу, а 41-летняя Сапна — Сунаина, мать Ситы, в Рамлиле, — говорит он.

Кумар говорит, что макияж — это навык, который передавал из поколения в поколение его семья. «Мой дедушка, который делал макияж другим в качестве хобби, владел ювелирным магазином в Лахоре, который часто посещали легендарные актеры и певцы, такие как Ом Пракаш и К. Л. Сайгал. Он переехал в Дели после раздела в 1947 году. Он передал свои навыки моему отцу Раджену Кумар Верма, который работал продюсером новостей в Doordarshan. Однако для отца макияж никогда не был чем-то большим, чем хобби, и он тоже не хотел, чтобы я стала визажистом, так как в этой профессии не хватает хороших денег.Но, возможно, мне суждено было им стать », — говорит Кумар.

Теперь он надеется открыть институт, где он сможет обучать визажистов. «Форма искусства умирает. Его нужно возродить. Желающие должны иметь доступ к качественным программам обучения », — говорит он.

Однако Кумар признает, что отдача от его работы непредсказуема. «В некоторые месяцы, особенно во время брачного сезона, заработки высоки — свадебный макияж для христианской свадьбы стоит около

.

30 000 рупий и это займет всего несколько часов.Мне также звонят из различных продюсерских компаний, а также из студий, в том числе из новостных агентств. Я получаю работу от 15 до 20 дней в месяц », — говорит он, добавляя:« За все эти годы я понял, что жизнь будет мирной, если у вас нет EMI для оплаты, а у меня их нет ».

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *